абсолютной   цели,   которой   непреодолимо   противостоит    предел    этой
действительности, рассмотрено подробнее в "феноменологии духа".  -  Так  как
идея содержит внутри  себя  момент  совершенной  определенности,  то  другое
понятие, к которому относится понятие в ней, имеет в то  же  время  в  своей
субъективности момент некоторого объекта; поэтому идея приобретает здесь вид
самосознания и с этой стороны совпадает с его изображением.
   Но практической идее еще недостает момента самого сознания в  собственном
смысле, а именно того, чтобы момент действительности в понятии сам  по  себе
достиг определения внешнего бытия. - Этот недостаток можно  рассматривать  и
так, что практической идее еще не  хватает  момента  теоретической  идеи.  А
именно, в теоретической идее на стороне субъективного понятия,  созерцаемого
понятием внутри себя, находится лишь определение всеобщности; познание знает
себя лишь как постижение, как само по себе неопределенное тождество  понятия
с самим собой;
   наполнение, т. е. в себе и  для  себя  определенная  объективность,  есть
нечто ему данное, а истинно сущее - независимо  от  субъективного  полагания
наличная  действительность.  Наоборот,   практическая   идея   считает   эту
действительность (которая противостоит ей в то же  время  как  непреодолимый
предел) тем, чтб само по себе ничтожно и чтб должно получить  свое  истинное
определение и единственную ценность лишь через  благие  цели.  Поэтому  воля
лишь сама преграждает себе  путь  к  достижению  своей  цели  тем,  что  она
отделяет себя от познания и что внешняя действительность не получает для нее
формы истинно сущего;
   идея блага может поэтому найти свое дополнение единственно  лишь  в  идее
истинного.
   Но идея блага совершает этот переход через самое себя. В умозаключении, в
действовании, первая посылка - это непосредственное соотношение благой  цели
с той действительностью, которой эта цель овладевает и которую она во второй
посылке направляет как внешнее средство против внешней действительности. Для
субъективного   понятия   благо   объективно;   в   своем   наличном   бытии
действительность противостоит благу как непреодолимый предел, лишь поскольку
она еще имеет определение непосредственного наличного бытия,  а  не  чего-то
объективного в смысле в-себе-и-для-себя-бытия; она  скорее  либо  зло,  либо
нечто безразличное, лишь определимое, имеющее свою ценность не в самом себе.
Но это абстрактное бытие, противостоящее благу во второй посылке, уже  снято
самой  практической  идеей;   первая   посылка   ее   действования   -   это
непосредственная объективность понятия, согласно которой цель сообщает  себя
действительности  без  всякого  сопротивления   и   находится   в   простом,
тождественном соотношении с этой  действительностью.  Поскольку  необходимо,
следовательно, лишь свести воедино мысли ее двух  посылок.  К  тому,  чтб  в
первой  посылке  непосредственно   уже   совершено   объективным   понятием,
присоединяется во второй посылке  прежде  всего  лишь  полагание  его  через
опосредствование, стало быть, для  понятия.  И  подобно  тому  как  в  самом
отношении цели вообще осуществленная  цель  есть,  правда,  опять-таки  лишь
средство но и наоборот,  средство  есть  и  осуществленная  цель,  так  и  в
умозаключении блага вторая посылка непосредственно  уже  имеется  в  себе  в
первой посылке;  однако  этой  непосредственности  [здесь]  недостаточно,  и
вторая посылка уже постулируется для  первой:  осуществление  блага  вопреки
противостоящей ему другой действительности есть то опосредствование, которое
по  существу  своему  необходимо   для   непосредственного   соотношения   и
осуще-ствленности блага. Ибо это есть лишь  первое  отрицание  или  инобытие
понятия, такая объективность,  которая  была  бы  погруженность  понятия  во
внешность;  второе  отрицание  есть  снятие  этого   инобытия,   единственно
блогодаря   чему   непосредственное   осуществление   цели   и    становится
действительностью блага как для себя сущего понятия, поскольку  это  понятие
полагается здесь тождественным с самим собой, а не с чем-то иным,  и,  стало
быть, полагается единственно свободным. А если бы благая цель этим'  все  же
не была осуществлена, то это было бы возвратом понятия  к  той  позиции,  на
которой  понятие   находилось   до   своей   деятельности,   -   к   позиции
действительности, определенной как ничтожная и  все  же  предположенной  как
реальная; этот возврат становится прогрессом в дурную бесконечность и  имеет
свое основание единственно лишь в том, что при снятии указанной  абстрактной
реальности  это  снятие  столь  же  непосредственно   забывается,   или   же
забывается, что эта реальность скорее уже  предположена  как  сама  по  себе
ничтожная, не объективная  действительность.  Это  повторение  предполагания
неосуществленной цели после действительного  осуществления  цели  определяет
себя  поэтому   и   так:   субъективная   установка   объективного   понятия
воспроизводится и увековечивается, тем  самым  конечность  блага  и  по  его
содержанию, и по его форме представляется постоянной истиной, так же  как  и
его  осуществление  всегда  представляется  всецело  лишь  единичным,  а  не
всеобщим актом. - На деле же эта определенность сняла себя  в  осуществлении
блага, чтб еще ограничивает объективное понятие - это его собственный взгляд
на себя,  исчезающий  от  его  рефлектирования  по  поводу  того  чтб  такое
осуществление блага в себе; этим взглядом понятие лишь само себе преграждает
путь  и  должно  ввиду  этого  быть  направлено  не  на  некоторую   внешнюю
действительность, а на само себя.
   А именно, деятельность во второй посылке, производящая лишь одностороннее
для-себя-бытие, вследствие чего продукт представляется чем-то субъективным и
единичным, а  тем  самым  повторяется  здесь  первое  предполагание,  -  эта
деятельность есть поистине в такой же мере полагание в-себе-сущего тождества