всевозможные виды знании, отнесенных им к философии и математике, -  знаний,
которые с одной стороны,  имеют  всецело  аналитическую  природу,  с  другой
-случайны и носят чисто ремесленный характер. Уже сам контраст  между  таким
легко постижимым материалом, по  своей  природе  не  допускающим  строгой  и
научной  разработки,  и  неуклюжими  уловками  в  науке  и  наукообразностью
(Dberzug) показал негодность такого применения и подорвал доверие к нему .
   Но указанное злоупотребление не могло  устранить  веры  в  пригодность  и
существенность  этого  метода  для  придания  философии  научной  строгости;
пример, показанный Спинозой в изложении его философии,  еще  долго  считался
образцом. Но на самом деле Кант и Якоби ниспровергли весь способ [мышления ]
прежней метафизики, а вместе с  тем  и  ее  метод.  Кант  по-своему  показал
относительно содержания этой метафизики, что  через  строгое  доказательство
оно приводит к антиномиям, характер которых  уже  был,  впрочем,  освещен  в
соответствующих местах;
   но о самой природе этого способа доказательства, связанного  с  некоторым
конечным содержанием, он не размышлял; между тем одно должно падать вместе с
другим. В своих "Началах естествознания" он сам дал пример разработки  такой
науки,  которую  он  этим  путем  рассчитывал  отстоять  для  философии  как
рефлективную науку и по ее методу. - Если Кант нападал на прежнюю метафизику
больше за ее содержание, то Якоби подвергал ее нападкам главным  образом  за
ее способ доказательства и яснее и глубже всего выделил  основной  пункт,  а
именно, он показал, что такой метод доказательства никак не может  вырваться
из непреклонной необходимости конечного и что  свобода,  т.  е.  понятие  и,
стало  быть,  все  истинное  находится   по   ту   сторону   этого   способа
доказательства и недостижимо для него. - Согласно выводу, к которому  пришел
Кант, метафизику приводит к противоречиям именно присущее ей  содержание,  и
недостаточность познания состоит в его субъективности;  согласно  же  выводу
Якоби,  в  этом  повинны  метод  и  вся  природа  самого  познания,  которое
схватывает лишь связь обусловленности и зависимости  и  поэтому  оказывается
несоответствующим тому, что есть в себе и для себя и абсолютно истинно. И  в
самом деле, так как принцип философии - бесконечное свободное понятие и  все
ее содержание основывается исключительно на нем,  то  метод  чуждой  понятия
конечности не подходит  к  этому  содержанию.  Синтез  и  опосред-ствование,
характерные для этого метода, доказывание приводит только  к  противостоящей
свободе необходимости, а именно к тождеству  зависимого,  каковое  тождество
есть лишь в себе, все равно, берется ли оно как внутреннее или как  внешнее;
то, что составляет реальность в этом тождестве, - различенное и вступившее в
существование, - всецело остается чем-то самосуществования и  остается  тем,
что  лишь  внутренне,  иначе  говоря,  то  что  лишь  внешне,  так  как  его
определенное содержание ему дано'- и с той и с другой точки зрения оно нечто
абстрактное, не имеет в самом себе реальной стороны и не положено как в себе
и для себя определенное тождество; понятие, единственно в котором вся суть и
которое есть в себе и для себя бесконечное, тем  самым  исключено  из  этого
познания.
   Стало быть, в синтетическом познании идея достигает своей цели лишь в той
мере, в какой понятие по своим моментам тождества и  реальным  определениям,
иначе говоря, по всеобщности  и  особенным  различиям,  а  затем  также  как
тождество, которое есть связь и зависимость разного, становится [чем-то] для
понятия Но этот его предмет не соответствует ему, ибо понятие не  становится
единством себя с самим собой в своем предмете  или  в  своей  реальности;  в
необходимости  состоит  его  тождество  для  него  но   в   этом   тождестве
необходимость не есть сама [его ] определенность  а  выступает  как  внешний
ему, т. е. не понятием определяемый,  материал,  в  котором  понятие,  стало
быть, не познает самого себя. Следовательно,  понятие  не  есть  вообще  для
себя, оно в своем единстве не определено в себе и для  себя.  Поэтому  из-за
несоответствия предмета субъективному понятию идея еще не достигает истины в
этом познании. - Но сфера  необходимости  есть  высший  пункт  для  бытия  и
рефлексии; она в себе и для себя переходит  в  свободу  понятия,  внутреннее
тождество переходит в свое проявление, которое  есть  понятие  как  понятие.
Каким образом этот переход из сферы необходимости в  понятие  совершается  в
себе, было показано при рассмотрении необходимости, и в начале этой книги он
был представлен и как генезис понятия. Здесь  необходимость  занимает  такое
положение, при котором она есть реальность или предмет понятия; точно так же
и понятие, в которое она переходит, выступает теперь как предмет понятия. Но
сам переход остается тем же самым. Он и  здесь  еще  только  в  себе  и  еще
находится вне познания в нашей рефлексии, т. е. он есть сама внутренняя  еще
необходимость познания. Только результат есть для  него.  Поскольку  понятие
есть теперь для  себя  в-себе-и-для-се-бя-определенное  понятие,  идея  есть
практическая идея, деиствование (Handein).
   В. ИДЕЯ БЛАГА (DIE ШЕЕ DES GUTEN)
   Так как понятие, которое есть предмет самого себя, определено  в  себе  и
для себя, то субъект определен  по  отношению  к  себе  как  единичное.  Как
субъективное, понятие опять-таки имеет своей предпосылкой некоторое  в  себе
сущее инобытие; оно есть побуждение реализовать себя,  цель,  которая  хочет
через  самое  себя  сообщить  себе  объективность  в  объективном   мире   и
осуществить себя. В теоретической идее субъективное  понятие  как  всеобщее,
как в себе и для себя лишенное определений противостоит  объективному  миру,
из которого оно черпает определенное содержание и наполнение. В практической
же идее это понятие  как  действительное  противостоит  действительному.  Но
достоверность самого себя, которой субъект обладает в своей  в  себе  и  для