понятия как определенность, в  которой  именно  всеобщность  представлена  в
качестве тотальности. - Если разделение рода на виды не  достигло  еще  этой
формы, то  это  -  доказательство  того,  что  оно  еще  не  возвысилось  до
определенности понятия и не следует из него. - "Цвет бывает или  фиолетовый,
или темно-синий, или голубой, или зеленый, или желтый,  или  оранжевый,  или
красный" 34; в такой дизъюнкции сразу же бросаются в глаза  ее  эмпирическая
смешанность и нечистота;
   рассматриваемая с этой стороны, она уже сама по себе должна быть  названа
варварской. Если цвет постигают как конкретное единство светлого  и  темного
35, то этот род имеет в самом себе определенность, составляющую принцип  его
разделения на виды. Но из них один должен быть  совершенно  простым  цветом,
содержащим противоположность уравновешенной (gleichschwebend), заключенной в
его интенсивности и подвергнутой в ней отрицанию, а на другой стороне должна
быть представлена противоположность отношения  между  светлым  и  темным,  к
каковому отношению, так  как  оно  касается  явления  природы,  дол-"на  еще
прибавиться безразличная нейтральность  противоположности.  -  Принимать  за
виды такие сочетания, как фиолетовый и оранжевый цвет, и такие оттенки,  как
темно-синее и голубое, - это можно лишь при совершенно необдуманном  способе
действия, который даже для эмпиризма обнаруживает слишком мало  размышления.
- Впрочем, здесь не место распространяться о  том,  какие  различные  и  еще
более точно определенные формы  имеет  дизъюнкция  в  зависимости  от  того,
осуществляется ли она в стихии природы или в стихии духа.
   Дизъюнктивное суждение  имеет  члены  дизъюнкции  прежде  всего  в  своем
предикате; но оно не в меньшей мере  и  само  разделено  (disjungiert);  его
субъект и предикат суть члены дизъюнкции;
   они моменты понятия, положенные в своей  определенности,  но  притом  как
тождественные, - как тождественные а) в объективной всеобщности,  которая  в
субъекте дана как простой род, а в предикате -  как  всеобщая  сфера  и  как
тотальность моментов понятия, и в)  в  отрицательном  единстве,  в  развитой
связи необходимости, в  соответствии  с  которой  простая  определенность  в
субъекте распалась на видовые различия и именно потому есть их  существенное
соотношение и то, что тождественно самому себе.
   Это единство, связка этого суждения, в котором крайние  члены  слились  в
силу их тождества, есть, стало быть, само понятие, и притом как  положенное;
простое суждение необходимости тем самым возвысилось до суждения понятия.
   D. СУЖДЕНИЕ ПОНЯТИЯ (DAS URTEIL DES BEGRIFFS)
   Умение высказывать суждения наличного бытия: "Роза красна" "снег  бел"  и
т. д. - вряд ли будет считаться проявлением большой силы суждения.  Суждения
рефлексии - это больше предложения, [чем суждения]. В суждении необходимости
предмет,  правда,  дан  в  своей  объективной  всеобщности;  однако  лишь  в
суждении, подлежащем  теперь  рассмотрению,  имеется  отношение  предмета  к
понятию. В этом суждении  понятие  положено  в  основание,  и  так  как  оно
находится в  отношении  к  предмету,  то  оно  [положено  в  основание]  как
долженствование,  которому   реальность   может   соответствовать   или   не
соответствовать. - Поэтому лишь такое  суждение  содержит  истинную  оценку:
предикаты "хороший", "дурной", "истинный", "прекрасный", "правильный"  и  т.
д. выражают собой то, что к сути прилагается мерило ее всеобщего понятия как
всецело предположенного долженствования что она  ему  соответствует  или  не
соответствует.
   Суждение  понятия  получило   название   суждения   модальности   и   его
рассматривают как содержащее форму отношения между субъектом и предикатом во
внешнем рассудке, и полагают, что  оно  касается  значения  связки  лишь  по
отношению к мышление Согласно этому взгляду, проблематическое суждение имеем
тогда  когда  утверждение  или  отрицание  принимается  за  произвольны  или
возможное,  ассерторическое  суждение  -  когда  утверждение  или  отрицание
рассматривается как истинное, т. е. действительное, а аподиктическое - когда
утверждение или отрицание признается необходимым. Понятна та естественность,
с которой, говоря об  этом  суждении,  оставляют  в  стороне  суждение,  как
таковое, и рассматривают его определение как нечто чисто субъективное.  Дело
в том, что здесь в суждении  снова  появляется  я  вступает  в  отношение  к
непосредственной  действительности  понятие,  субъективное.  Однако   нельзя
смешивать это субъективное с внешней рефлексией, которая, правда, также есть
нечто субъективное, но в другом смысле, чем само понятие;
   понятие, которое снова  появляется  из  дизъюнктивного  суждения,  скорее
противоположно  простому  способу  (Art  und  Weise).  Ранее   рассмотренные
суждения суть в этом смысле лишь нечто субъективное, ибо они основываются на
абстракции и односторонности, в которых понятие утратилось. По  сравнению  с
ними суждение понятия есть  скорее  объективное  суждение  и  истина  именно
потому, что в его основании лежит понятие, но не во внешней рефлексии или  в
соотношении с некоторым субъективным, т. е. случайным, мышлением, а в  своей
определенности как понятие.
   В дизъюнктивном суждении понятие было  положено  как  тождество  всеобщей
природы с ее расчлененностью на особенности;
   тем самым отношение  суждения  сняло  себя  [здесь  ].  Эта  конкретность
всеобщности и особенности есть сначала простой результат;
   он должен теперь развиваться далее в тотальность, поскольку  содержащиеся
в нем моменты вначале в нем исчезли и  еще  не  противостоят  друг  другу  в
определенной самостоятельности. -  Недостаточность  этого  результата  можно
выразить определеннее и  так:  хотя  в  дизъюнктивном  суждении  объективная
всеобщность достигла полноты в своих особенностях, однако  отрицательное  их