овеку требуются для этого время и 
старание. Выполнение ежедневных житейских обязанностей и требований 
благочестия677 по отношению к старшим в семье способствует приведению сознания 
в такое состояние, которое благоприятствует познанию сущего678. Ведийские 
ритуалы, если они соблюдаются тщательно, ведут к абхьюдайе (буквально – к 
подъему или прогрессу на лестнице сансары), а не к нихшреясе – спасению679. В 
то время как проникновение ума в природу первичной реальности имеет своим 
результатом мокшу, почитание бога в зависимости от формы почитания ведет к 
различным результатам, хотя все они ограничены миром сансары680. Они помогают 
нам выйти из власти эгоистических желаний, ненависти и глупости и достичь 
спокойствия, мира и терпения в страданиях. Благочестивое размышление служит 
средством познания. Бхакти помогает джняне. Истинной мудрости достигают лишь те,
 чей ум подготовлен к этому суровой дисциплиной. Это не означает, что знание 
вливается в лишенный его ум извне. Истина находится в центре души. Для того 
чтобы она воссияла, разум должен отвратиться от мира, обреченного на гибель. 
Наш разум должен быть доведен до степени ясности, прозрачности стекла лампы, 
через которое сияет внутренний свет. 

"Хотя Атман существует всегда и во всех вещах, он не обнаруживается во всех них.
 Он светит только через разум, подобно тому как отражение появляется только на 
отполированной поверхности"681.

Шанкара придает большое значение философской мудрости, которая достигается 
только через добродетель. В то время как джняна прямо ведет к освобождению, 
другие средства помогают достижению той же цели косвенным образом682. 

"Желание познать Брахмана возникает только в том, чей дух чист, кто свободен от 
желаний и кто, будучи свободен от действий, совершенных в этом или в прежних 
рождениях, испытывает отвращение к эфемерной, несущественной смеси целей и 
средств"683.

Шанкара принимает принцип практики йогинов, согласно которому главная цель 
заключается в достижении самадхи, что Шанкара называет санрадханой, или полным 
удовлетворением, и который состоит в отстранении чувств от всего внешнего и 
концентрации их в области своей внутренней природы. Адвайта принимает 
проводимые в философии йога различия ямы и ниямы и т.п. в качестве внешних 
средств (бахирангасадханы) и дхаранью и дхану в качестве внутренних средств 
(антарангасадханы)684. Внутренние требования определяются также как резкое 
различение вечного и преходящего, уклонение от эгоистичеческих стремлений к 
достижению земных и небесных благ и развитие достоинств: спокойствия (шамы), 
самообладания (дамы), самоотречения (у параты), смирения (титикши), 
сосредоточения (самадхи), твердости духа (шраддхи) и, наконец, страстного 
стремление к свободе. Этим достигается истинное познание685. 

Мыслитель, пытающийся дать широкую концепцию истины, не порывает полностью с 
общепринятыми мнениями своего времени. Хотя действительность кастовых 
предустановлений уже не имеет для Шанкары жизненно важного значения, он 
допускает веру в них. Принимая традиционную теорию, что рождение в особой касте 
является не делом случая, а необходимым следствием поведения души в одном из 
прежних существовании, Шанкара склонен признавать претензии высших классов – 
богов и риши – на их исключительное право изучать веды686. Хотя Шанкара считает,
 что каждый человек из любой касты может достичь высшего знания687, Шанкара все 
же разрешает тем, кто следует правилам жизни брахманов, выполнять обязанности, 
налагаемые на них кастой и той стадией жизни, которую они проходят. В то время 
как брахман может изучать веды и достигать мудрости, другие прибегают к 
богослужению и т.п. и достигают той же самой цели брахмаджняны688. У Шанкары 
трудно найти поддержку претензии, что только путем изучения вед можно достичь 
познания Брахмана. Как в своей философии, так и в своей теории хинду дхармы 
Шанкара пытается примирить противоречивые требования. Признавая, что высшее 
познание брахмаджняны открыто для всех, кто создан по образу и подобию бога 
(пурушаматра), независимо от касты и веры, Шанкара обнаруживает глубокую 
гуманность и строго следует выводам из своей философии адвайты. Однако он 
поддается брахманическому убеждению, что шудры, как например Видура, который 
достиг высшей мудрости, имеют эту возможность в результате их прежнего 
поведения. Если такой шудра оказывается способным понимать истину в данной 
жизни, мы можем из этого заключить, что он изучал веды в какой-нибудь из 
прежних жизней. Так Шанкара подрывал веру в исключительное право высших классов 
на спасение. Он был склонен рассматривать всех, кто обладал способностью 
духовного проникновения в сущее, как своих учителей, независимо от того, были 
ли они брахманами или париями. 

"Тот, кто умеет смотреть на мир феноменов в свете недуализма, – мой истинный 
учитель, будь он чандала (пария) или двиджа (дважды рожденный). Таково мое 
убеждение"689.

Шанкара настаивает на выполнении правил ашрамов, или стадий жизни. Чтобы 
достичь спасения, не обязательно быть саньясином. В "Брихадараньяке" и в 
"Чандогья-упанишаде" грихастхи – ведущие семейную жизнь – постигали брахмавидью 
и сами обучали ей. Тем не менее саньясины лучше всего подготовлены для этого, 
так как им легче достичь брахмавидьи, чем другим, поскольку их не призывают к 
совершению богослужений, выполнению семейных обязанностей и ведийских ритуалов. 
Шанкара утверждает, что те, кто выполняет предустановления ашрама, должны, 
прежде чем достичь освобождения, стать санньясинами, хотя это не обязательно 
для тех, кто не очень сильно связан правилами ашрамы. Санньясины основываются 
непосредственно на Брахмане (брахмасанстха). 

"Такое состояние невозможно для тех, кто находится на т