(1895-1975) занимают одно из ведущих мест в истории русской этической мысли. 
Замысел Бахтина - разработать нравственную философию, которая непосредственно 
бы фиксировала первичную реальность поступка как целостную форму нравственного 
бытия, практически не имеет аналогов не только в отечественной, но и мировой 
этической традиции. Возможно, в определенной степени этот замысел перекликается 
с экзистенциальной этикой жизни Л. Шестова, его критикой этического 
рационализма, убивающего живую целостность нравственного бытия. Однако в своем 
отвержении философской этики и моральной теории Бахтин более последователен и 
позитивен, чем Шестов. Бахтин бросает вызов этике как фетишистской форме 
монологического сознания, пытаясь поставить на ее место реально-диалогическую 
философию поступка. Свой проект создания новой диалогической теории 
нравственного бытия Бахтин пытается реализовать прежде всего в ранних работах: 
"К философии поступка" (прибл. 1921; первая публикация -1986), "Автор и герой в 
эстетической деятельности" (прибл. 1922-1923; первая публикация - 1979) и 
"Проблемы творчества Достоевского" (1929). Исток и предпосылка нравственной 
философии Бахтина - воссоздание единственно реального бытия: события - поступка,
 образцом которого может считаться событие жизни и смерти Христа, данное во 
всей полноте свершения как абсолютно подлинная реальность нравственного деяния. 
Согласно Бахтину, мир, где совершилось событие жизни и смерти Христа, 
принципиально неопределим ни в теоретических категориях, ни в категориях 
исторического познания, ни в образах эстетической интуиции. Каждый из этих 
путей ведет к утрате истинного факта нравственного свершения и подмене его аб-

864

страктными категориями или эстетическими образами. В результате реальный 
поступок оказывается расколотым на "объективное смысловое содержание" и 
"субъективный процесс свершения". Все это свидетельствует о непреодолимой 
сложности воссоздания первичной реальности события-поступка традиционными 
монологическими средствами. Бахтин ставит перед философией поступка 
принципиально новаторскую задачу: нравственная философия должна описать 
"архитектонику действительного мира поступка", дать не отвлеченную схему, а 
"конкретный план мира единого и единственного поступка, основные и конкретные 
моменты его построения и их взаимное расположение. Эти моменты: я - для - себя, 
другой - для - меня и я - для - другого; все ценности действительной жизни и 
культуры расположены вокруг этих основных архитектонических точек 
действительного мира поступка: научные ценности, эстетические, политические 
(включая и этические и социальные) и, наконец, религиозные. Все 
пространственно-временные и содержательно-смысловые ценности и отношения 
стягиваются к этим эмоционально-волевым центральным моментам: я, другой, и я - 
для - другого" [1]. Общий замысел нравственной философии Бахтина предполагал 
несколько этапов исследования. В первом рассматривались основные моменты 
архитектоники действительного мира, "не мыслимого, а переживаемого", что нашло 
свое выражение в работе "К философии поступка". Второй - был посвящен 
эстетическому деянию как поступку и этике художественного творчества, что 
получило свое воплощение в таких работах Бахтина, как "Автор и герой в 
эстетической деятельности", "Проблемы творчества Достоевского" и др. Третий и 
четвертый этапы исследования должны были быть соответственно посвящены этике 
политики и религии; однако эти части общего замысла остались не реализованными. 
В наибольшей степени Бахтину удалось разработать "эстетическую часть" 
нравственной философии. Это было продиктовано тем, что эстетическое событие, по 
Бахтину, не будучи прямым аналогом события бытия, несет в себе, тем не менее, 
существенные черты сходства с ним, в силу изначальной двойственности 
эстетического сознания. В результате проведенного анализа Бахтин пришел к 
выводу о "монологическом перерождении" эстетической культуры, выразившемся в 
таких явлениях, как "кризис автора" и "бунт героя", что повлекло за собой 
разложение устойчивых границ между эстетической реальностью и жизненной 
реальностью поступка. Проникновение монологических тенденций в художественное 
творчество привело к смешению эстетического бытия с этическим и, в конечном 
счете, к эстетизации первичной реальности нравственного бытия.

1 Бахтин M.M. К философии поступка // Философия и социология науки и техники. 
М" 1986. С. 122.

865


В качестве реального противовеса монологической тенденции эстетической культуры 
Бахтин рассматривает художественное творчество Достоевского, который 
преодолевает "кризис автора" и "бунт героя", отказываясь от авторской функции 
завершения героя, наделяя его правами полнокровной личности и предоставляя ему 
возможность вступить в живой диалог с другими героями и самим собой. В 
результате образуется реальное пространство для нравственного бытия, 
воспроизводящего изначальную реальность события - поступка. Эстетическое 
новаторство Достоевского Бахтин обозначает понятием "художественной полифонии". 
В полифоническом романе автор как бы не имеет своего голоса; он постоянно 
пребывает в живом диалоге с героями, максимально приближаясь к диалогической 
структуре нравственного бытия.

"Космическая этика" К.Э. Циолковского. Этическое учение К.Э. Циолковского