750

связи их с некоторыми реалиями индивидуальной психики (эмоциями, аффектами, 
побуждениями и пр.), не имеющими каких бы то ни было объективных (естественных 
или не-естественных) аналогов или прототипов во внешнем мире. Подобная 
субъективность совместима как с допущением свободной воли, волюнтаристского 
произвола в выборе ценностей, так и с признанием объективной (природной, 
социальной или сверхъестественной) детерминированности морали, универсальности, 
общезначимости ее принципов (пусть даже и пребывающих исключительно в сознании 
индивида). Все эти концептуальные варианты представлены в современной 
метаэтической литературе.

Главные антикогнитивистские течения в метаэтике - эмотивизм и прескриптивизм. 
Эмотивизм продолжает традицию психологического истолкования морали, сочетая 
психологизм с методологическими принципами аналитической философии. Главной 
функцией ценностных (оценочных и нормативных) высказываний, полагают эмотивисты,
 является выражение эмоций и позиций (attitudes) говорящего и "заражение" ими 
других людей. Такие высказывания принципиально отличаются от фактуальных, 
которые выполняют репрезентативную функцию, несут информацию о мире, - причем о 
мире не только внешнем, но и внутреннем, т.е. об эмоциях, мотивах и прочих 
ментальных состояниях субъекта. "Я одобряю (или: люди вообще одобряют) такие-то 
поступки"; "Чувство долга побуждает людей действовать так-то" - эти суждения 
столь же фактуальны и неэмотивны, как, скажем, и описания физических явлений, 
их не следует смешивать во избежание дескриптивистской ошибки с экспрессивными 
высказываниями типа "Данный поступок хорош", "Должно поступать так-то" и т.п. 
Фактуальные и ценностные утверждения логически несоизмеримы, поэтому оценки и 
нормы не подлежат обоснованию, или "оправданию" (justification) посредством 
ссылки на какие-либо факты.

Указанные идеи были высказаны со всей категоричностью А.Дж. Айером (1910-1989), 
позиция которого именуется "радикальным эмотивизмом". Они были дополнены 
впоследствии целым рядом оговорок, снимавших наиболее одиозные утверждения и 
выводы этой теории. "Умеренный эмотивизм" (Ч.Л. Стивенсон) признавал наличие 
определенных когнитивных элементов в моральных (нормативно-этических) 
высказываниях и рассуждениях. Причина этических разногласий, с этой точки 
зрения, заключается не столько в наличии у оппонентов разных психологических 
установок, сколько в разной их информированности о ситуации и предмете оценки, 
в

751

разном понимании человеческих отношений, мироустройства и пр. Поэтому 
моралистические рассуждения и споры не бессмысленны, как утверждал радикальный 
эмотивизм, они могут привести к сближению и даже совпадению этических позиций. 
Впрочем, если расхождение касается фундаментальных принципов морали, то даже 
самое полное знание о предметах и ситуациях не сможет его устранить. Ценностные 
принципы - с этим согласны все эмотивисты - не поддаются ни эмпирической 
верификации, ни рациональному доказательству.

Прескриптивизм разделяет с эмотивизмом идею о принципиальном различии ценности 
и факта. Наиболее видный представитель этого направления, Р. Хэар (1919-2003), 
утверждал, что язык морали прескриптивен, и хотя моральные термины содержат в 
себе некоторую информацию, т.е. обладают и дескриптивным значением, оно всегда 
подчинено главному - прескриптивному (рекомендательному, предписывающему) 
значению; поэтому к моральным высказываниям неприменим критерий истинности и 
ложности. Вместе с тем Хэар резко критиковал эмотивистов за психологизм и 
иррационализм в истолковании морали, отвергая главный эмотивистский тезис о том,
 что в ценностных положениях выражаются чувственные установки субъекта. 
Согласно Хэару, моральные высказывания и рассуждения рациональны, ибо, 
во-первых, они подчиняются определенным логическим правилам (в частности, 
закону недопущения противоречия), и, во-вторых, универсальность и побудительная 
сила моральных прескрипций проистекают из разума. Разум выполняет функцию 
морального руководителя, он обеспечивает правильный выбор поступка в той или 
иной ситуации, опираясь на собственные предпосылки. Однако вопрос о том, каковы 
эти предпосылки и почему они обладают общезначимостью, остался без ответа. Этот 
наиболее уязвимый пункт прескриптивистской концепции является основным объектом 
критики со стороны других метаэтиков (Ф. Фут).

К антидескриптивистскому направлению можно отнести также большинство 
натуралистических течений в моральной философии. Если исключить упомянутую выше 
дескриптивистскую версию натурализма, постулирующую когнитивность ценностных 
суждений и возможность их эмпирического обоснования, то в целом этот подход 
применительно к морали заключается в исследовании ее "естественных" источников 
и механизмов, в особой - психо-биологической - интерпретации моральных 
ценностей; вопрос о когнитивной или некогнитивной природе моральных терминов и 
высказываний при этом обычно не затрагивается, об антикогнитивистской же 
направ-

752