во-первых, эти удовольствия расширяют общую чувствительность и восприимчивость 
человека, во-вторых, они дают меньше негативных последствий, в-третьих, они 
имеют значительный вес, поскольку в утилитаристских калькуляциях следует 
учитывать не только удовлетворенность людей некоторым состоянием, но и их 
удовлетворенность перспективой удовлетворенности [2].

1 См.: Brandt Я The Theory of the Good and the Right. Oxford, 1979.
2 Smart J.J. An Outline of a System of Utilitarian Ethics // Smart J.J., 
Williams B.O. Utilitarianism: For and Against. Cambridge, 1973. P. 12-27.


Кроме проблемы определения полезности в современной утилитаристской мысли 
дискутируется вопрос о том, что именно должно проходить через тест на 
максимизацию полезности: действия и их последствия, нравственные нормы, мотивы, 
черты характера или общественные институты? Считается, что до Генри Сиджвика 
(Henry Sidgwick, 1838-1900) различие подходов, возникающих вследствие разных 
ответов на этот вопрос, отчетливо не осознавалось. Однако в настоящий момент 
границы между ними достаточно определенны, а различие активно обсуждается.

Первый подход получил название "прямого утилитаризма", в качестве синонима 
используется понятие "утилитаризм действий" (яркий представитель - Дж. Смарт). 
Критерием нравственной правильности определенного поступка в данном случае 
считается его способность приводить к таким последствиям, которые в наибольшей 
степени максимизируют совокупную или среднюю полезность.

Другой подход предполагается "косвенным утилитаризмом", представители которого 
по ряду причин отказываются проводить через тест на максимизацию полезности 
последствия конкретных действий. В качестве оснований для отказа могут 
выступать: а) сложность анализа последствий отдельных поступков в конкретных 
си-

703

туациях, б) неспособность индивидов сохранять эмоциональное равновесие и 
беспристрастность в ходе подобного анализа, в) опасные последствия 
"утилитаризма действия" для координации деятельности между людьми, сохранения 
общественного порядка и солидарности. Так, отдельная кража при "беспристрастно 
благожелательном" распределении украденного может дать очень хорошие результаты 
в отношении совокупной удовлетворенности или благосостояния затронутых ею 
сторон. Однако признание условности запрета на воровство, вытекающее из 
одобрения отдельной кражи, ведет к катастрофическим последствиям в том же самом 
отношении.

Аргументация против "утилитаризма действия" порождает два варианта "косвенного 
утилитаризма", имеющих разную распространенность: "утилитаризм мотивов" и 
"утилитаризм правил". В последнем, более влиятельном, варианте утилитаристской 
моральной философии главным предметом поиска является наиболее удачный в 
отношении максимизации полезности этический кодекс. По Р. Брандту (1910-1997), 
он должен включать набор правил поведения, достаточно простой, чтобы его можно 
было легко изучить, и набор эффективных процедур для решения конфликтов между 
нормативными положениями [1].

Некоторые мыслители пытаются показать ложность дихотомии двух типов 
утилитаризма. Так, с точки зрения Ричарда Хэара (1919- 2002), их противостояние 
снимается с помощью разграничения между "критическим" и "интуитивным" уровнями 
морального мышления. Второй уровень - уровень непосредственных нравственных 
решений - должен полагаться на "готовые", созданные опытом поколений моральные 
принципы. Однако рациональная критика, снимающая конфликты нормативных 
предписаний, должна строиться по образцу "утилитаризма действий" [2].

Третьим направлением развития утилитаризма в XX в. является разработка способов 
суммирования полезности (о чем см. в § 3).

1 Brandt И The Theory of the Good and the Right. Oxford, 1979.
2 Hare R..M. Moral Thinking. Its Levels, Method, and Point. Oxford, 1981. P. 
39-43.











§ 2. ЭВОЛЮЦИОННАЯ ЭТИКА

Эволюционный подход в этике непосредственно связан с эволюционной научной