| |
вопрос о том, как происходит выявление этого доминирующего мнения, Милль не
дает ответа.
Другим основанием нравственного выбора при принятии человеком решения и
совершении поступка является содействие благу. На такой основе Милль с
готовностью признает и принимает категорический императив Канта, - но с
определенным добавлением: "мы должны руководиться в наших поступках таким
правилом, которое могут признать все разумные существа с пользой для их
коллективного интереса" [2]. Милль так развивает кантовскую формулу с
единственной целью - предотвратить возможные эгоистические интерпретации
категорического императива, логически вполне возможные при одностороннем
восприятии Канта. Однако вместе с тем Милль признает, что человеку редко
приходится действовать именно в направлении общественной пользы: не у всех есть
материальные возможности предпринимать крупномасштабные благотворительные
проекты; не так часто возникает опасность для отечества, чтобы можно было
индивидуальными усилиями оградить его благополучие. Так что в результате Милль,
как и Бентам, считает, что люди как правило стремятся к личной пользе, и
всеобщее благо слагается из стремлений различных людей реализовать свой частный
интерес. Общее благо оказывается суммарным итогом частных благ.
1 Милль Дж.С. Утилитарианизм. О свободе. С. 101.
2 Там же. С. 173.
Требование соблюдения прав людей конкретизируется Миллем в учении о
справедливости. Милль предлагает такое понятие справедливости, сущность
которого задается понятием права. Справедливость, считает он, заключается в
сохранении status quo (существующего положения вещей). Со справедливостью
связаны требования - благодарности: всем отвечай добром на добро; возмездия
(или наказания): всем воздавай по заслугам; и беспристрастности: отвечая как на
добро, так и на зло, не взирай на лица. Все они также должны приниматься во
внимание человеком при осуществлении выбора и совершении поступка.
701
Важная теоретическая дилемма, определившая развитие утилитаризма в XX в.,
касается оснований оценки поступков. Согласно классическому утилитаризму, как
он был сформулирован Бентамом и развит Миллем, оценка поступка должна
основываться на результатах действия, причем действия, взятого автономно, как
отдельно осуществленного акта. Но в интерпретации Милля к этому не сводятся
основания оценки: соблюдение прав других людей также допустимо рассматривать в
качестве одного из результатов действия. Строго говоря, права человека
выступают некоторым стандартом, выполнение которого вменяется каждому человеку
в обязанность. Более того, каждое действие должно в конечном счете соотноситься
с принципом пользы, и этот принцип - тоже определенный стандарт для оценки
поступков. Таким образом, перед нами два типа оснований оценки: результат, к
которому привел поступок, и стандарт, или правило, которому поступок должен
соответствовать.
Развитие утилитаризма: от классического к современному. Развитие
утилитаристской мысли в XX в. шло по нескольким направлениям. Во-первых,
развернулась работа над точным определением понятия "полезность", которое
по-разному понималось отцами-основателями течения. Бентамовский вариант
понимания ключевого утилитаристского блага основывался на его гедонистическом
прочтении: полезно все то, что способствует максимизации удовольствия.
Недостатком такого подхода является его неразрывная связь с
наивно-гедонистическим пониманием человеческого сознания и поведения.
Гедонистическая теория мотивации упрощенно трактует истоки большинства
человеческих поступков, сводя, к примеру, любую жертвенность к стремлению к
наслаждению, а всякое самоограничение к проявлению себялюбия. Понятие
"удовольствие" не является достаточно проясненным и для корректного
теоретического использования и, особенно, для формализации в процессе
утилитаристских расчетов. Поэтому в XX в. оно постепенно вытесняется из
утилитаризма. Вместо удовольствия количественную меру полезности начинают
определять через удовлетворение предпочтений, что устраняет необходимость
обсуждать вопрос о том, каковы субъективно-психологические корреляты полезности.
702
Наряду с введением простых и операциональных определений полезности некоторые
утилитаристы стремятся ввести механизм ограниченного рационального отбора
предпочтений, позволяющий приписывать разный индекс полезности их
удовлетворению. Степень жесткости и направленность работы этого механизма могут
серьезным образом различаться. Первый вариант предполагает оценку случайных
актуальных предпочтений на основе их сравнения с "хорошо информированными"
предпочтениями [1]. Второй вариант, следующий эвдемонистическому утилитаризму
Дж.С. Милля, предполагает, что можно рационально обосновать предпочтение так
называемых "высших" удовольствий. Джон Дж. Смарт (John J. Smart, 1920), один из
современных адептов утилитаризма, приводит следующий набор аргументов:
|
|