инженеры, основываясь на изучении большого числа построенных им крепостей, 
попытались вывести теоретические правила, которым [552] он следовал, и таким 
путем были установлены три метода, называемые первой, второй и третьей системой 
Вобана»{589}. 
Конструкция укреплений, созданных Вобаном, характерна разнообразием форм 
бастионной системы, но среди них нет ни одной оригинальной формы. Однако 
«расположение деталей, пропорции линий, профили и применение теории к самым 
разнообразным требованиям местности так искусны, что все это кажется 
совершенством по сравнению с работами его предшественников, и поэтому можно 
сказать, что научная и приведенная в систему фортификация берет свое начало от 
него»{590}. 
Основные принципы систем Вобана заключаются в следующем: длина фаса обороны 
определяется дальностью огня мушкета, фланки должны быть перпендикулярны 
оборонительному фасу; большие бастионы и равелины следует сооружать большого 
выпуска в поле, а в них — редюиты, перед куртиною — теналь, предназначенную для 
усиления рва пехотным огнем и для прикрытия куртины от прямого разрушительного 
огня с гребня гласиса. Главными недостатками системы были: отсутствие 
необходимых условий для производства вылазок, малая высота эскарпа, 
недостаточная защита верков от рикошетного огня (им же предложенного для атаки).
 
После 1680 г. Вобан ввел в систему крепостей два других метода их устройства, 
имевших целью обеспечить оборону и после того, как противник пробьет брешь в 
бастионе. Вручая Людовику XIV план крепости Ландау, разработанный по второй 
системе, Вобан сказал: «Ваше величество, вот крепость, для взятия которой было 
бы недостаточно всего моего искусства»{591}. Однако Ландау трижды была взята 
противником при жизни французского инженера (в 1702, 1703 и 1704 гг.) и один 
раз после его смерти (в 1713 г.). 
Вобан не описал свой метод фортификации, т. е. теоретически не обобщил способы 
устройства крепостей, не привел их в систему, что сделали уже после его смерти 
французские инженеры [555] на основе изучения богатой фортификационной практики 
своего соотечественника. Они систематизировали практическую деятельность Вобана 
и на этой основе сформулировали три системы устройства крепостей. 
Однако Вобан создал капитальный труд по долговременной фортификации об атаке и 
обороне крепостей, по которому 200 лет учились офицеры европейских армий. В 
России этот труд с рукописи был переведен по приказанию Петра в конце XVII в. 
Затем издавался в 1736 и 1744 гг. и несколько раз после этого в качестве 
учебника по фортификации для Петербургского шляхетского кадетского корпуса и 
для других военных учебных заведений. Известны также «Военные мемуары Вобана», 
изданные после его смерти. 
Основной труд Вобана состоит из двух частей: первой, самой большой, — «Об атаке 
крепостей» (34 главы) и второй — «Об обороне крепостей» (6 глав). Все положения 
атаки и обороны богато иллюстрированы 32 очень наглядными схемами. Главное 
внимание автор сосредоточил на способах атаки крепостей. 
«Осады и взятие неприятельских мест, — пишет Вобан, — делают нас владетелями их 
земель, а фортификация способствует нам к удержанию оных во владении. Она при 
том охраняет наши границы от опасных следствий, которые от одной потерянной 
баталии без предосторожности могут произойти и неприятелю подать случай к 
дальнейшему распространению своей победы»{592}. В доказательство автор сослался 
на нидерландские провинции, где за 200 лет произошло более 60 генеральных 
сражений и 200 осад «как наступательных, так и оборонительных», но покорить 
нидерландцев никому не удалось. «Причина тому есть сия, что такие крепкие места 
удерживают побеждающую армию от продолжения ее намерений, а побежденным служат 
к спасению и безопасности»{593}. Поэтому наука об атаке и обороне крепостей 
имеет важное значение. 
Осады крепостей являются важнейшей частью войны, требуют очень большой 
осторожности и зависят: от сохранения военной тайны, «без которой ничто с 
успехом в действо произойти не может»; от силы войск, выделенных для осады 
крепости, оставленных для обороны «собственных своих мест» и для 
противодействия противнику, предпринимающему деблокаду; «от состояния самого 
неприятеля»; от состояния магазинов, из которых должна снабжаться блокадная 
армия; от времени года, так как «ничто так армию разорить не может, как зима»; 
наконец, «от потребного к тому иждивения (средств. — Е. Р. ), потому что без 
денег, которые бывают силою [556] войны, ничего с успехом в дело произвести 
невозможно»{594}. 
Необходимо стремиться к тому, чтобы во время осады крепости противник не имел 
бы возможности ее деблокировать и не вторгся бы в нашу страну. «В обоих случаях 
всего лутче быть сильнейшим, а наипаче когда две армии иметь можно, из которых 
бы одна к действительной осаде, а другая для осторожности употреблена быть 
могла»{595}. Эти армии не должны находиться далеко друг от друга и обязаны 
взаимодействовать. «Стерегущая армия» имела задачей охранять «осаждающую армию» 
и помогать ей заготовкой материалов (фашин, леса и т. п.); при надобности 
осадная армия усиливала охраняющую армию. Для обеспечения осады требовалось 
закладывать... «великие магазейны с провиантом и сухим фуражом», а также с 
боеприпасами и инженерным имуществом. Для осады крепости Вобан исчислял 
потребное количество орудий, ядер, пороху, свинцу, фитиля, землеройного 
имущества и различных материалов. Он считал необходимым иметь 80 «ломовых 
пушек» и от 48 до 55 прочих орудий, 15–16 тыс. бомб, 40 тыс. гранат и т. д. Для 
производства земляных работ требовалось 15–18 тыс. «мужиков», так как наемные 
солдаты отказывались вести осадные работы, и 2–4 тыс. телег. 
Первым мероприятием осады являлось выдвижение передового кавалерийского отряда