при отражении крестовых походов немецких феодалов. Исход Столетней войны решили 
народные массы Франции — крестьяне и горожане, а не феодалы-рыцари. То же самое 
следует сказать и о причинах успехов фламандцев и швейцарцев, боровшихся за 
свою свободу и независимость. Отсутствие единства в рядах господствующих 
классов и недостаточная поддержка правительства Ивана IV со стороны широких 
масс народа были основными причинами неудачи Ливонской войны. 
Таковы были движущие силы войн, оказавшие влияние на развитие военного 
искусства в исследуемый период. 
Следует подчеркнуть также и то существенное влияние, которое оказывал на ход и 
исход войн уровень развития военной организации государств и военного искусства 
вооруженных сил, ведущих войну. 
Прежде всего необходимо отметить бесплодность попыток буржуазных военных 
историков установить преемственность и последовательность в развитии военного 
искусства рабовладельческих и феодальных войск. Реакционными были попытки [615] 
доказать историческую повторяемость форм ведения войны и боя, что исключает 
процесс развития военного искусства. Прямой линии развития вооруженной 
организации от рабовладельческого к феодальному периоду войны не существует. Не 
может быть и механической повторяемости процесса исторического развития в 
данной области. В сравнении с рабовладельческим периодом войны военная 
организация и военное искусство феодального периода имеют совершенно новые 
социально-экономические, политические и технические основы. За встречающимся 
иногда внешним сходством форм вооруженной организации, боевых порядков и 
способов ведения войны и боя необходимо видеть существенные их различия, 
определявшиеся новыми условиями. Попытки механически перенести опыт прошлого в 
современность только тормозили развитие военного искусства. Такие попытки мы 
можем найти в трудах Вегеция, Маврикия, Макиавелли, а также в деятельности 
французского короля, учреждавшего во Франции легионы по образцу римских. 
Изучение организационной и боевой практики, а также военно-теоретической мысли 
феодального периода войны позволяет сделать вывод о наличии в то время трех 
основных линий развития: военного искусства всех славянских народов при ведущей 
роли древней и феодальной Руси, военного искусства арабов и монголов и военного 
искусства народов Западной Европы (итальянцев, фламандцев, швейцарцев, 
французов, англичан, чехов, а не только немцев, как это изображает Дельбрюк). 
Эти три линии развития имели существенные различия, определявшиеся 
особенностями основ устройства вооруженной организации и военного искусства. 
Однако, изучая исторический процесс развития военного искусства, необходимо 
учитывать и взаимное влияние военного опыта различных народов, так как война, 
как говорил Маркс, была в то время одной из форм внешних сношений. 
Характеризуя развитие тактики в период феодальной раздробленности в Западной 
Европе{365}, Энгельс назвал все это время бесплодным в развитии военного 
искусства. Единоборство закованных в железо рыцарей не могло способствовать 
развитию тактики, а лишь совершенствовало навыки всадника во владении копьем и 
мечом. Междоусобицы феодалов преследовали мелкие, частные цели, что исключало 
возможность развития стратегических форм. Следовательно, не было необходимых 
условий для прогресса в области военного искусства. 
Иная обстановка сложилась в Восточной Европе, где русский [616] народ боролся с 
печенегами, половцами, татарами и немецко-шведскими феодалами, отстаивая свою 
независимость и прикрывая феодальную Европу от нашествий кочевников. Затем 
русскому народу пришлось вести тяжелую борьбу за свержение татаро-монгольского 
ига и ликвидацию его последствий. Все это были большие политические задачи, 
которые определяли крупные стратегические цели. Здесь же имелись условия и для 
развития тактики. Вот почему русское военное искусство феодального периода 
войны было передовым. 
Отмечая различные условия развития военного искусства в Восточной и Западной 
Европе, необходимо обратить внимание на появление нового средства вооруженной 
борьбы — огнестрельного оружия, которое, несмотря на все свои технические 
несовершенства, довольно быстро оказалось на вооружении всех войск. Применение 
нового оружия носило всеобщий характер, но в различных условиях имело свои 
особенности. Общим следствием появления нового средства борьбы явилось 
зарождение новых родов войск, что изменило и усложнило структуру войска. 
Особенность вооруженной организации исследуемого периода войны заключалась в ее 
цеховом характере (это наиболее типично для государств Западной Европы). 
«Военные люди, — писал Меринг, — имели свой цеховой порядок. Они образовали 
вполне уважаемое и по тогдашнем_у времени неплохо оплачиваемое ремесленное 
сословие»{366}. Но военное ремесло, по мнению Меринга, переняло от 
средневекового цеха лишь свои формы, в действительности же оно с самого начала 
покоилось на капиталистической основе. Мы не можем согласиться с Мерингом в 
отношении капиталистической основы цехового устройства вооруженной организации, 
так как нельзя смешивать товарно-денежные отношения с капитализмом. Развитие 
товарно-денежных отношений и разложение феодализма являлось экономической 
основой наемничества. 
Цеховой характер вооруженной организации выражался во внешних ее формах и в 
содержании. Такими внешними формами являлись военно-ремесленное «сословие» и 
цеховой порядок комплектования войска, а цеховым содержанием вооруженной 
организации было наличие «военного ремесла». Старые и новые рода войск имели 
цеховой характер, являлись цеховыми корпорациями. Военная специальность 
превратилась в военное ремесло. 
В отношении вооруженной организации Русского государства следует отметить, что 
цеховой характер здесь был выражен слабее, что определялось особенностями 
общественного [617] развития и внешней политической обстановки. Однако