альтернативным кандидатом на роль убийцы был Хоремхеб, советник и соправитель 
царя, управлявший военными и политическими делами из Мемфиса, тогдашнего 
административного центра Египта, и если бы он действительно совершил столь 
грязное деяние, ничто не препятствовало бы ему захватить египетский трон. По 
мнению авторов данной книги, в этой теории не сходятся концы с концами, ибо 
факты говорят против такой версии.
После внезапной и, по-видимому, неожиданной смерти Тутанхамона не кто иной, как 
Эйе, давний слуга семьи, отдавал распоряжения относительно организации похорон. 
Это известно наверняка, поскольку Эйе изображен на стене гробницы облаченным в 
леопардовую шкуру жреца. Он стоит перед мумифицированным телом Тутанхамона, 
представленного в виде Осириса, с особым инструментом в руке на церемонии 
Открытия рта. На этом рисунке Эйе изображен в виде Гора, сына Осириса, 
воскрешающего к новой жизни своего отца — ритуальный акт, который имел право 
совершать только наследник фараона. На фреске показано также, что Эйе был 
назначен почетным наследником египетского престола и, таким образом, отвечал за 
проведение разного рода ритуалов и процессий, позволивших юноше-царю перейти в 
другой мир.

Культ Атона

А теперь мы хотели бы поговорить о наличии в гробнице различных личных вещей, 
которые либо изображают солнечный диск Атона во всем его сияющем великолепии, 
либо несут на себе надписи, содержащие имя Атона. Эти предметы сделаны спустя 
девять лет после того, как Тутанхамон потерял всякий интерес к ненавистной 
религии Эхнатона. Самый известный пример этого — знаменитый позолоченный трон, 
найденный в Вестибюле. На внутренней стороне спинки мы видим изображение 
сидящего царя, перед которым стоит его юная царица, имеющая одинаковый рост с 
ним. В левой руке она держит чашу бальзама или масла, а правой нежно касается 
плеча супруга. Царь и царица изображены в типичном амарнском стиле, но, что еще 
более важно, мы видим солнечный диск Атона с расходящимися от него лучами, 
которые заканчиваются руками, дарующими жизнь в виде символов креста анх, прямо 
над юной четой. Более того, имя царя фигурирует и в позднейшей форме Тутанхамон,
 и в его амарнской версии — Тутанхатон.
Поскольку этот шедевр искусства должен был сопровождать фараона во время его 
путешествия в загробный мир, представляется очевидным, что Тутанхамон, а также 
его супруга Анхесенамон, даже в конце своего правления сохраняли симпатии к 
низвергнутой религии. Более того, поскольку мы знаем, что Эйе почти наверняка 
обеспечивал организацию погребения царя, он знал о различных произведениях 
искусства амарнского стиля, уложенных в гробницу, и демонстративно показывал, 
что также сохраняет известный пиетет по отношению к Атону. Понимание этого 
свидетельствует, что Анхесенамон и Эйе действовали сообща и отнюдь не 
противостояли друг другу в сфере религиозных или политических идеалов.

Выяснив эти факты, мы подходим к теме, имеющей ключевое значение для этих 
дебатов — переписке между Анхесенамон и Суппилулиумасом, царем хеттов, 
начавшейся сразу после смерти Тутанхамона.
[1008]
Сознавая, что у мужа не было наследника, царица опасалась военного мятежа и 
переворота, который могли организовать люди, стремившиеся отстранить ее от 
власти. Это побудило ее принять решение, не имевшее прецедентов в истории 
Египта. Стремясь найти достойного партнера, который мог бы править царством 
железной рукой, сопоставимой с крутыми мерами величайших фараонов, она послала 
письмо царю Суппилулиумасу, прося его прислать своего сына, чтобы тот стал ее 
мужем и соправителем. Поначалу царь хеттов с подозрением отнеся к этой затее, 
но затем успокоился и послал юного принца по имени Заннанза, который, однако, 
был таинственным образом убит на пути из страны Хатти (современная Турция) в 
Египет.
[1009]


В своем послании царю Суппилулиумасу царица уверяет его: «Я никогда не изберу 
своего слугу и не сделаю его своим мужем!»
[1010]
Кого же она могла иметь в виду, делая столь резкое заявление? Эйе был видным 
придворным при Амарнском дворе в правление Эхнатона. Он носил титул Повелителя 
коней (конюшего), а это означало, что он был военным советником и визирем царя. 
Однако в надписях он именовал себя «Отцом Бога» — титул, существовавший с 
правления Эхнатона по его собственное краткое четырехлетнее царствование. Под 
«Богом» имелся в виду царь-бог, или фараон, подчеркивая тем самым, что он был 
родственником Эхнатона. Тот же самый титул, «Отец Бога», использовался и в 
отношении Юйа, отца Тийе, великой супруги Аменхотепа III, отца Эхнатона.
[1011]
Таким образом, Эйе более всех прочих был связан с царем-еретиком, и 
высказывалось предположение, что именно он был отцом царицы Нефертити.
[1012]
Поскольку Эйе, таким образом, был членом царской семьи, Анхесенамон вряд ли 
могла назвать его «своим слугой», другими словами — человеком низшего ранга.

Так кого же она имела в виду, жалуясь в письме хеттскому царю?
Слова Анхесенамон скорее всего относятся к Хоремхебу, в чьих жилах не было ни