горы или иные важные объекты. Они делали это в условиях зимней стужи и полярной 
ночи, карельских снегов и голых северных скал, непроходимых топей и нетерпимого 
летнего гнуса, по-хозяйски опираясь на островки сухой земли среди кочкарника и 
стремнин, устраиваясь поприкладистей для стрельбы и поудобнее для рукопашного 
удара. Снабжать всем необходимым войска в таких условиях втройне было сложнее. 

После того как наступление противника на северном фланге советско-германского 
фронта в 1941 г. было надежно остановлено, Ставка и Генеральный штаб не 
баловали этот театр военных действий особым вниманием. Все помыслы их были 
направлены к тому, чтобы нанести поражение немецко-фашистским войскам на 
основных стратегических направлениях: там решался исход второй мировой войны и 
находился ключ от логова фашистского зверя. Нужно было сломить вермахт, как 
главную силу фашизма. Тогда с сателлитами Германии, в том числе и Финляндией, 
полагали в Ставке, должно было произойти то, что бывает с ветвями, когда падает 
срубленное под корень дерево. 

В конце 1943 г. уже не оставалось сомнений, что перелом в ходе войны закреплен 
прочно. Под Курском произошло окончательное крушение расчетов гитлеровского 
командования вернуть себе инициативу. Немецко-фашистская наступательная 
стратегия полностью провалилась. 

Победы Советских Вооруженных Сил открыли глаза политикам и военачальникам 
многих стран на ближайшие перспективы войны. Повысили активность наши союзники. 
Они высадили войска на Апеннинском полуострове. Италия вышла из войны на 
стороне фашистской Германии. Во многих странах Европы, оккупированных 
немецко-фашистскими захватчиками, шире развернулось движение Сопротивления. 
Теперь на земле и на море в основном наступали силы антигитлеровской коалиции. 

Тегеранская конференция "большой тройки", как звали в то время Ф. Рузвельта, И. 
В. Сталина и У. Черчилля, представлявших три великие союзные державы, приняла 
важнейшие решения о втором фронте и последующих операциях. 

Начало 1944 г. было для Красной Армии благоприятным. В зимней кампании она 
взломала оборону гитлеровских войск под Ленинградом, на Правобережной Украине и 
в Крыму. Славные победы краснозвездных воинов были важны не только сами по себе 
- они означали на этот раз крушение оборонительной стратегии гитлеровского 
вермахта на советско-германском фронте и открывали новый период в ходе войны. 
Теперь всем мыслящим людям стало видно, что Советский Союз в состоянии своими 
силами разбить врага на собственной территории, освободить оккупированные 
народы Европы и осуществить полный разгром гитлеровской Германии. 

Однако эта перспектива, радующая народы всего мира, по-своему пугала наших 
союзников и врагов. Боязнь потерять моральный и политический престиж заставила 
правящие круги США и Великобритании по-деловому развернуть подготовку к 
открытию второго фронта. 

В стане фашистской Германии произошло очередное серьезное ослабление его 
прочности: заколебалась Финляндия. 

Смятение в лагере финских приспешников Гитлера Генеральный штаб почувствовал в 
середине февраля 1944 г., когда Ленинградский и Волховский фронты нанесли 
тяжелое поражение осаждавшей Ленинград с 1941 г. 18-й армии противника. 
Советские войска освободили Новгород и Лугу. Ленинградцы вышли на реку Нарва, 
за которой высился город того же названия, превращенный в мощный узел 
немецко-фашистской обороны. Часть войск Ленинградского (впоследствии 3-й 
Прибалтийский) фронта нацелилась на Псков и Остров. 

Финское правительство поняло, что вслед за разгромом немецко-фашистских войск 
под Ленинградом и Новгородом последует наступление Красной Армии против 
Финляндии. Для противодействия ему достаточных сил у финнов не было, 
гитлеровские войска сами терпели жестокие поражения на главных направлениях и 
большой поддержки оказать не могли. Тогда-то, в середине февраля 1944 г., финны 
и начали искать контакты с нашим послом в Швеции А. М. Коллонтай. Целью поисков 
был выход Финляндии из войны, из гитлеровской коалиции. Финское правительство 
направило в Швецию выдающегося деятеля Финляндии Ю. К. Паасикиви, известного 
своими прогрессивными взглядами. Как представитель Финляндии он должен был 
выяснить условия Советского правительства относительно прекращения войны. 

Финские руководители, однако, не переставали при этом надеяться, что военное 
счастье еще улыбнется им, и, направляя Ю. Паасикиви в Швецию, стремились 
оттянуть время неминуемой в будущем капитуляции. 

Тогда же, в начале февраля, в советской Ставке уже было решено, что с выходом 
Волховского фронта на подступы к Пскову и Острову его войска будут переданы в 
состав Ленинградского и 2-го Прибалтийского фронтов, а штаб и другие органы 
управления подлежат перемещению на Карельский фронт, где и станут выполнять 
функции по руководству войсками. Такой маневр был очень нужен. Штаб бывшего 
Волховского фронта являлся сколоченным коллективом, хорошо знавшим условия 
войны на севере, обладавшим опытом руководства крупными наступательными 
операциями. Этого опыта не было у штаба, который имелся до того на Карельском