предложил бросить жребий. Вынул из кармана медный пятак и, означив, Кому падет 
решка, а кому - орел, подкинул его с ноготка пальца в воздух. 

Поездка выпала на долю Митяя. 

- Так и быть, счастье твое, - вынужденно согласился Игнат. 

...Шесть дней Митяй был в отъезде. За это время Игнат, желая удивить свата, 
разобрал и перенес на задворки сарай, а на его месте, где намечено было 
заложить избу, вырыл яму для извести, разметил колышками площадку. В пору бы 
засучить рукава и класть стены, но Митяй как в воду канул. Игнат все чаще 
поглядывал в сторону околицы, на взгорок, откуда сползала к мосту дорога, 
захаживал к его жене, Аннушке, справлялся, нет ли от муженька вестей, а по 
вечерам прислушивался, не грохочет ли телега, и в мучительном ожидании начинал 
высказывать сомнение: "Уж не приключилась ли с ним беда?" И когда терпению 
совсем пришел конец и он было решился навести справки в милиции, прибежала 
Верочка и сообщила: 

- Батя, кажись, они прибыли! 

Минут пять выжидал Игнат, потом схватил шапку и дробной рысцой побежал прямиком 
через выгон к избе Митяя. Еще издалека, к досаде своей, Игнат увидел свата, 
который свесил ноги с шарабана и о чем-то полюбовно толковал с Левкой 
Паршиковым, с этим гуляющим лоботрясом. 

- Мое почтение, сват! - впопыхах откланялся Игнат. 

Митяй протянул ему руку, соскочил с телеги и кивнул Паршикову. 

- Слыхал, каким образом поджать решили? - и погрозил в воздухе скрюченным 
указательным пальцем. - Прямо не могли, так за глаза шпынять начали. Критика 
моя поперек горла им стала... Я им покажу! Покуда спокойно указывал, а то не 
такую критику наведу! Меня в области теперича знают! 

- В чем дело? Чего ты разошелся? - не понял Игнат. 

- Косточки мои на правлении перебирали. За спиной-то они готовы к ногтю прижать.
 Не выйдет! Кишка у них тонка! И ты, сваток, тоже хорош! Митяй косо поглядел на 
Игната. 

- В толк не возьму, какая тебя муха укусила! - развел руками обескураженный 
Игнат. 

- Гм... Вроде бы ты в сторонке стоишь, - прищурился Митяй. - Нет, сваток, так 
дело не пойдет. Родня она тогда бывает, ежели и в беде остается родней. А так, 
пожалуй, лучше врозь нам держаться. 

- Ежели наскучило, то можно и врозь, - рассерженно ответил Игнат и со 
строгостью посмотрел на парня: 

- Наговорил, басурман? Поссорить захотел? 

- Да я, дядя Игнат, про ваше родство даже подумать дурно не смею. Паршкков 
приложил руку к груди и поглядел в сторону Митяя, с видимой озабоченностью 
добавил: - А когда тебя на заседании костили и хотели записать в протоколе 
отдельным пунктом, то я вступился... 

- На каком таком заседании? - недоверчиво перебил Игнат. 

- Да наплюйте вы на это! - махнул рукой, стараясь замять разговор, Паршиков и 
опять обратился к Митяю, заулыбался во все лицо: - Дозволь мне коней отогнать, 
а потом, конечно, урву часок-другой... загляну... - И он заговорщически 
подмигнул Митяю, явно намекая на то, что не мешало бы раздавить белоголовую по 
случаю его приезда. 

Митяй, кажется, совсем было согласился, передал ему вожжи, вынул из-под сиденья 
сверток, пахнущий чесноковой колбасой, отчего Паршиков даже прищелкнул языком. 
Но их затею пресек Игнат. 

- Проваливай-ка, пока холку тебе не намылили! - пригрозил Игнат и отнял у парня 
вожжи, а на свата поглядел с неотразимым укором: - И ты брось потакать! Иначе, 
клянусь, могу разойтись с тобой на все времена!.. Уходи, Паршиков! Уходи отсюда 
с глаз долой! 

Парень скривил лицо в усмешке, с минуту еще постоял в нерешительности и 
поплелся домой. 

Игнат смотрел ему вслед, жуя со злости губы. 

- Чего ты взялся пригревать этого кобеля! Намедни он к Наталье нашей приставал..