| |
ером 20 сентября министр иностранных дел Крофта передал английскому и
французскому посланникам ответ чехословацкого правительства. Лондонские условия,
заявило оно, выработаны без консультации с Прагой, их осуществление имело бы
катастрофические последствия для Чехословакии и вообще для мира в Европе.
Поэтому оно просит Англию и Францию пересмотреть их точку зрения. Со своей
стороны чехословацкое правительство предлагает разрешить вопрос на основе
арбитражного соглашения 1925 г. между Чехословакией и Германией.
Телеграмму с ответом чехословацкого правительства на Кэ д’Орсе получили
20 сентября в 21.15. Когда ее положили на стол министру иностранных дел, его
вызвали к телефону.
«Я только что направил вам ответ чехословацкого правительства, содержащий
предложение применить арбитражный договор, – сообщил французский посланник де
Лакруа из Праги. – Не рассматривайте ответ как окончательный. Председатель
совета министров Чехословакии только что пригласил меня и сделал новое очень
важное предложение. Его содержание сообщаю вам телеграммой, которую получите
немедленно».
Вторая телеграмма де Лакруа поступила через 20 минут после первой. Там
говорилось:
«Я был только что приглашен председателем совета министров. Пояснив, что
говорит с согласия президента республики, он заявил: если сегодняшней же ночью
я сообщу г-ну Бенешу, что в случае войны между Германией и Чехословакией из-за
судетских немцев Франция в связи со своим обязательством в отношении Англии не
выступит на помощь, президент, республики примет это заявление к сведению;
председатель совета министров немедленно созовет кабинет, все члены которого
уже согласны с президентом республики, что необходимо уступить…
Чешские руководители нуждаются в таком прикрытии для того, чтобы принять
англо-французские предложения…»
Примерно в то же время конфиденциальное разъяснение получил и Форин оффис.
Со ссылкой на «еще более надежный источник» Ньютон сообщал: только что
врученный ему чехословацким министром иностранных дел ответ не следует считать
окончательным.
«Однако решение, – продолжал посланник, – должно быть навязано
правительству, поскольку без такого давления многие его члены слишком связали
себя, чтобы иметь возможность пойти на то, что они считают необходимым.
Если в среду84 я предъявлю своего рода ультиматум президенту Бенешу, он и его
правительство будут в состоянии склониться перед force majeure85. В этих целях
могло бы быть сделано заявление, что правительство Чехословакии должно без
оговорок и без дальнейшей отсрочки принять сделанные ему предложения, в
противном случае правительство его величества не будет более проявлять интереса
к судьбе страны.
Насколько мне известно, мой французский коллега намерен направить в Париж
телеграмму аналогичного содержания»86.
Оба посланника оказывали на правительство Чехословакии дальнейший нажим,
требуя немедленной капитуляции. Всякое промедление, угрожали они, может
положить предел терпению Гитлера. Узнав о намерении Праги урегулировать вопрос
на основе арбитражного договора, де Лакруа по поручению Бонне заявил, что
подобное предложение лишит возможности Чемберлана отправиться на переговоры с
Гитлером, назначенные на 22 сентября. И тогда «фюрер» сам займется «арбитражем».
Французский и британский дипломаты понимали заинтересованность их правительств
получить предлог, который «оправдывал» бы занятую ими позицию в отношении
Чехословакии. Поэтому можно предположить, что они изложили в своих телеграммах
заявление Годжи в наиболее выгодной для Парижа и Лондона форме.
Западные державы не замедлили воспользоваться предоставленным им
предлогом. Немалое влияние на Чемберлена оказали и тревожные телеграммы
Гендерсона из Берлина. Он сообщал, что если Прага не капитулирует, то
обстановка выйдет из-под контроля. Сразу же после получения ответа из Праги
Галифакс направил в ночь на 21 сентября Ньютону предписание вместе с его
французским коллегой осуществить новый демарш в отношении правительства
Чехословакии. «Действуйте немедленно, независимо от времени суток», – говорится
в его телеграмме.
Около 2 часов ночи оба посланника явились к Бенешу. Беседа длилась более
часа. Де Лакруа прямо заявил: если начнется война, Франция «не примет в ней
участия». Ньютон угрожал тем, что упорство Чехословакии вызовет немедленное
нападение Германии.
В 5 часов утра состоялось новое заседание правительства в Пражском Граде.
Излагая содержание сделанных посланниками заявлений, Годжа сказал:
«Как уже отмечалось, французский посланник совершенно прямо заявил, что в
случае возникновения войны Франция не окажет нам помощь. При этом он подчеркнул,
что только сделанные двумя государствами предложения могут предотвратить и
действительно предотвратят нападение со стороны Германии. Он недвусмысленно
указал, что Чехословакию, если она отклонит предложения и своим сопротивлением
даст Гитлеру предлог для нападения, легко можно будет обвинить в провоцировании
войны. Во всяком случае, французская помощь, по его мнению, будет недейственна.
Английский посланник присоединился к этой точке зрения и заявил, что ответ
Чехословакии не соответствует данной ситуации. Если мы будем настаивать на
нашей точке зрения, утверждал он, это наверняка вызовет германское вторжение в
самое ближайшее время. Представители обоих правительств единодушно подчеркнули,
что только сделанные ими предложения могут предотвратить нападение Германии».
21 сен
|
|
