энергичнее, еще упорнее овладевать новой техникой. Небо все сильнее притягивало 

нас.

Летчики демонстрировали высший пилотаж (индивидуальный и групповой) на 
реактивных самолетах в дни воздушных парадов над Тушином. И все увиденное 
врезалось в память - особенно пятерка реактивных истребителей под командованием 

дважды Героя Советского Союза Е. Я. Савицкого в 1948 году и пятерка П. Ф. 
Чупикова - в 1949. Когда-нибудь я расскажу о тех годах - годах штурма неба, 
массового освоения отечественной реактивной техники. Расскажу о том, как 
воздушные бойцы - участники Великой Отечественной войны, - не отдохнув после 
многих лет ожесточенных боев, снова упорно учились, овладевали искусством 
управления реактивными самолетами; расскажу о новых ощущениях в самолете, о 
воле 
и мастерстве нашей смены - молодых летчиках-инженерах с высшим военным 
образованием, летчиках-новаторах наших дней, - об ученых и конструкторах, о 
наших самоотверженных помощниках на земле - авиационных техниках...

Мы продолжали упорно тренироваться, совершенствовать технику пилотирования, 
учить молодых. И бывалые и молодые успешно овладели нелегким искусством 
пилотирования и самолетовождения в сложных метеорологических условиях в любое 
время суток вне видимости земли. Этим искусством овладел и я. И если только это 

возможно, еще больше полюбил летную профессию. Как и многим другим, мне было 
присвоено звание военного летчика первого класса.

Солдаты Отчизны

- Годы шли, события сменялись событиями, стремительно развивались отечественная 

наука и техника, росли высоты и скорости.

Пришло время, когда нам, авиационным командирам, понадобились новые знания. Как 

и многих бывших фронтовиков, меня направили в Высшую Военную академию имени 
Ворошилова. Я стал учиться на авиационном факультете; его уже закончил П. Ф. 
Чупиков. В академии я углубил и расширил оперативно-тактические знания, знания 
в 
области марксизма-ленинизма и, закончив ее, вернулся в строй. За послевоенные 
годы учения и службы в ВВС я был депутатом Верховного Совета четырех созывов, 
делегатом партийных и комсомольских съездов. И каждый раз, встречая на 
заседаниях и съездах воинов - представителей всех родов войск, бывших 
фронтовиков и молодежь, я всегда с невольным волнением думаю о том, каким 
высоким доверием народа удостоены мы, солдаты Отчизны.

Выражение "романтика будней" как нельзя больше подходит к повседневной жизни 
авиаторов. Каждый день, каждый тренировочный вылет, когда летишь один на 
сверхзвуковом самолете в околоземном пространстве, а подчас все то, что пережил,
 
что увидел летчик за секунды полета, может стать темой целого повествования. 
Приключенческого, психологического, романтического - какого хотите! У каждого 
,представителя любого рода авиации есть что вспомнить, что рассказать о 
товарищах и о себе, о наших мирных буднях.

Вкратце расскажу еще об одной своей летной профессии. На фронте мы мечтали о 
летательных безаэродромных аппаратах, которые отрывались бы от земли 
вертикально, садились на любую площадку. И вот мечта осуществилась: наши 
конструкторы создали вертолеты. Их роль в народном хозяйстве известна. И в ВВС 
имеются вертолетные части. А чтобы командовать ими, понимать психологию личного 

состава, очень важно владеть вертолетом. И я решил научиться им управлять.

Под руководством старшего инспектора подполковника Артюшенко я терпеливо изучал 

теорию, а затем приступил к полетам. Прямо скажу: не сразу далось мне это 
искусство, а ведь я думал, что сяду в кабину вертолета и немедля взлечу. Трудно 

было удержать его в воздухе и особенно приземлиться - точно, без смещения. Я 
так 
сильно сжимал рычаг "шаг-газ", чтобы оторваться от земли, а затем чтобы 
удержать 
вертолет на определенном расстоянии от поверхности, что даже болела рука. 
Подполковник Артюшенко все твердил:

- Свободнее, свободнее!

И действительно, когда мои действия стали свободнее, я быстро овладел "МИ-4", 
вертолетом конструкции М. Л. Миля.