По привычке внимательно осматриваю воздушное пространство. Какое спокойное небо,
 
как легко дышится!

И вот я иду по оживленным улицам столицы. Москвичи готовятся к празднику. Все с 

нетерпением, с радостным волнением ждут сводок о завершающих боях нашей армии-
освободительницы, ждут мира.

30 апреля в Москве было отменено затемнение. Вечером впервые за годы войны во 
всех окнах, во всех витринах вспыхнул яркий свет, на улицах и площадях зажглись 

фонари.

Да, не такой была Москва осенью 1942 года, когда мои друзья и я - старшие 
сержанты - с таким нетерпением ждали приказа о вылете на фронт. Тогда она была 
сурова, затемнена - ни огонька на улицах.

И мы тогда были иными - необстрелянными летчиками. С той поры одни погибли 
смертью храбрых в боях с фашистскими захватчиками, другие стали испытанными 
боевыми летчиками. На личном счету каждого из нас теперь не один десяток сбитых 

вражеских самолетов, не одна сотня боевых вылетов. Мне довелось 330 раз 
вылетать 
на боевые задания, 120 раз вступать в бой с воздушным врагом, сбить шестьдесят 
два фашистских самолета.

Я стоял на улице у радиорупора плечом к плечу с москвичами. С волнением слушали 

мы долгожданную сводку Совинформбюро. Войска Первого Белорусского фронта 
овладели в Берлине рейхстагом и водрузили на нем Красное знамя Победы!

Вечером выступаю по радио. Волнуюсь так, как никогда, кажется, не волновался. О 

многом хочется сказать дорогим соотечественникам, поделиться тем, что 
испытывает 
сейчас, в дни завершающих боев, каждый фронтовик. Но выступление у меня 
короткое. Выполняю наказ боевых товарищей: докладываю об успехах на нашем 
фронте 
и от их имени благодарю партию, весь советский народ, передаю их сердечный 
фронтовой привет.

Собираюсь немедленно вылететь в часть, но меня вызывают в Главное Политическое 
Управление Красной Армии. Там узнаю о падении гитлеровского Берлина. 
Победоносно 
закончилась Берлинская операция, в которой участвовали войска нашего фронта, 
операция, начатая 16 апреля при свете зенитных прожекторов.

Поздравив меня с этим великим событием, мне говорят:

- Через несколько дней вернетесь в полк: он уже приступает к мирной учебе. А 
пока побывайте на заводах, фабриках: расскажите рабочим, как летчики добивались 

победы, как громили немецко-фашистских захватчиков.

И я каждый день бываю на предприятиях. Рассказываю о боевых делах тем, кто 
совершал трудовые подвиги в тылу. А со мной делятся мирными планами: все 
стремятся скорее восстановить то, что разрушил враг. Многие предприятия уже 
перешли на мирную продукцию. Заводы, выпускавшие боевые машины, выпускают 
первые 
комбайны и тракторы. Советский народ одерживает новые победы - в мирном труде.

Хотелось мне День Победы провести со своими боевыми друзьями, а довелось 
отпраздновать его в столице. В тот незабываемый день Москву заливал солнечный 
свет, на домах алели праздничные флаги. Я шел по улице рядом с теми, кто в тылу 

и на фронте отстаивал свободу и независимость нашей Родины.

Люди шли тесными рядами, пели, обнимались, поздравляли друг друга: казалось, 
все 
мы давным-давно знакомы. Военных встречали ликующими возгласами, качали. Я 
смотрел на взволнованные лица, видел слезы радости на глазах и с трудом 
сдерживал волнение. Никогда, кажется, не был я так счастлив. Только жалел, что 
нет со мной друзей-однополчан.

Мои раздумья были неожиданно прерваны. Меня подхватила ликующая толпа. И я 
полетел вверх под возгласы:

- Качать летчика!