торжествующий, доложил мне, что сбил вражеский самолет, и поблагодарил за 
суровый урок.




Бить врага с любого положения


Как-то в середине марта с КП корпуса, поступила команда: группе охотников 
немедленно вылететь на помощь в район южнее Альтдамма.

Стремительно приближаемся к озеру. Западнее его "ЯКи" ведут ожесточенный 
неравный бой с "Фокке-Вульфами-190".

Мы подоспели вовремя.

С запада сверху всей группой ринулись на противника. С ходу сбиваю "фоккер", 
пытавшийся атаковать "ЯК". Товарищи сбивают еще два "фоккера". Тут на врага 
ринулись "ЯКи". Крепко ему от них досталось! У нас же горючее на исходе, и мы 
улетаем. Но нам удалось накоротке внести в воздушный бой перелом.

Надо сказать, что таких боев накоротке нам приходилось вести немало. И фашисты 
иногда стали уклоняться от схваток, заметив красные носы и белое хвостовое 
оперение наших "Лавочкиных".

...В тот день Куманичкин прислал мне из района Старгарда подарок - коробку с 
цилиндром и записку, написанную в разгар боевого дня: "Посылаю тебе фрицевскую 
шляпу, забытую фашистом при поспешном бегстве". И за ужином, несмотря на 
усталость, не было конца хохоту и шуткам.

Однажды я вылетел в паре с Дмитрием Нечаевым на свободную охоту на Берлинском 
направлении. Замечаю большой четырехмоторный самолет. Да это "Боинг-17" - 
"летающая крепость" американской авиации. Ее преследуют два "мессершмитта".

Под прикрытием напарника я сверху ринулся на истребителей и отбил их атаку. Не 
знаю, кто сидел в "крепости", но так заставил меня поступить союзнический долг. 

Фашисты удрали в направлении Берлина.

Решаю догнать "крепость" и поприветствовать союзников, как вдруг замечаю сзади 
восьмерку "фокке-вульфов". Они стремительно направлялись к нашей паре. А 
"летающая крепость" спокойно удалялась. Я был удивлен: отчего же гитлеровцы не 
погнались за "крепостью"? Рассуждать было некогда: "фоккеры" приближались снизу,
 
как бы вытягиваясь дугой. У меня была большая скорость, и я, используя ее запас,
 
резко набрал высоту, положив самолет на крыло. Ведущий .фашистской восьмерки 
обнаружил всю свою неумелость, открыв по мне огонь с очень большой дистанции. 
Он, видно, вообразил, что я собираюсь уходить.

Подбадриваю ведомого:

- Держись, Митя!

Он небольшим креном влево набрал высоту, используя мощность мотора.

Ведущий вражеской группы тоже набрал высоту и отвернул вправо, на меня, наконец 

сообразив, что я готовлюсь к атаке. Цель у него явная: захватить преимущество в 

высоте и, оценив обстановку, атаковать нашу пару. Но группа немцев раскололась: 

боевого взаимодействия и поддержки у них не было. Этим я и воспользовался. 
Стремительно перейдя в атаку, камнем сверху свалился на крайний самолет. Нечаев 

прикрыл меня надежно, и я с близкой дистанции в упор расстрелял "фокке-вульф". 
Он вспыхнул и пошел к земле.

Осматриваюсь. Ведущий - он выше нас - суетливо пытается замкнуть кольцо "фокке-
вульфов" и атаковать нашу пару. Делаю боевой разворот, беру его в прицел первым 

с перевернутого положения. Стреляю в тот миг, когда мой самолет зависает 
"животом" вверх. Длинной очередью прошиваю вражескую машину. От "фоккера" 
что-то 
отлетело, и он начал беспорядочно падать. А на моем счету появился шестидесятый 

сбитый самолет врага.