напряженно следили за ходом боя.

Генерал Берзарин прислал на имя нашего командира благодарность за помощь. А 
благодарность наземных войск была для летчиков-истребителей высокой наградой.




Сбит реактивный


Поступили сведения, что немецкие охотники продолжают залетать в глубь 
расположения наших войск - к аэродромам, на которых базируются штурмовики. 
Увязываются за их боевыми порядками и внезапно атакуют во время посадки, когда 
истребители сопровождения уже отваливают.

Получаем задачу вести охоту на охотников над расположением наших войск.

Вылетаю парой. Замечаю: от линии фронта к себе на аэродром направляется группа 
"Ильюшиных" в сопровождении истребителей. В чем дело? Истребители носятся в 
явном волнении. Еще внимательнее осматриваю воздушное пространство. Вот оно 
что: 
со стороны солнца к ним приближается пара "мессершмиттов". Летят спокойно, 
уверенно, почти крылом к крылу.

Медлить нельзя. Делаю разворот и тоже со стороны солнца с небольшим превышением 

захожу в хвост ведущему. Расстояние между нами сокращается. С короткой 
дистанции 
открываю огонь. Самолет вздрогнул, метнулся вверх. И если б я не отвернул, мы 
бы 
столкнулись. Но вот он завалился на крыло, рухнул на землю и взорвался. Передаю 

Дмитрию:

- Бей ведомого!

Но дистанция была далековата, и фашист ушел пикированием на бреющем полете. 
Кричу по радио:

- Пусть другим расскажет, чтобы к нам не ходили!

После нескольких встреч с летчиками нашего полка немецкие асы почти перестали 
появляться над нашим расположением.

Враг оказывал отчаянное сопротивление, старался изменить воздушную обстановку в 

свою пользу. Немецкая истребительная авиация ПВО уже имела на вооружении 
"летающее крыло" - истребитель "Мессершмитт-163" с жидкостным реактивным 
двигателем, был перехватчиком, запас горючего на этих самолетах был мал. 
Фашисты 
в основном применяли их против американских "крепостей". А теперь по 
разведданным нам стало известно, что появились единичные фашистские реактивные 
самолеты с турбореактивным двигателем - "Мессершмитты-262". Они могли 
находиться 
в воздухе более длительное время и, таким образом, представляли собой серьезную 

силу.

Их видели с земли, их встречали в воздухе.

Скорость их была выше скорости поршневых самолетов, зато маневренность хуже. 
Они 
пытались с ходу атаковать наши штурмовики, бомбардировщики и быстро скрывались. 

Даже штурмовали наши войска.

Тактика борьбы с ними еще не была выработана. Но нас предупредили: главное, 
своевременно заметить "Мессершмитт-262"; если представится удобный случай - 
атаковать, до конца используя боевые качества своих машин.

...19 февраля Дмитрию Титаренко и мне довелось встретиться с немецко-фашистским 

реактивным самолетом.

Дело было так. Мы вели воздушную охоту невдалеке от линии фронта. Внимательно 
слежу за воздухом. С юга, со стороны Франкфурта, на высоте 3500 метров внезапно 

появляется самолет. Он летит вдоль Одера на скорости, предельной для наших 
"Лавочкиных". Да это же реактивный самолет! Быстро разворачиваюсь. Даю мотору