момента засады до выхода в эфир прошло минут десять, и сотрудники прокуратуры 
Малгобека при самой высокой оперативности физически не могли бы оказаться на 
блокпосту. Скорее всего на милицейской волне работали боевики, пытаясь получить 
информацию о результатах проведенной засады. Станцию отключили и стали ждать 
дальнейшего развития событий, максимально усилив бдительность.




Начальство прибывает


Спустя некоторое время прилетел вертолет и, сделав разворот над взводным 
опорным пунктом, ушел в направлении места засады. Через некоторое время, также 
на вертолете, прибыл командующий СКВО. С несколькими офицерами инспекции он 
отправился к месту трагедии. По дороге они встретили возвращающийся МТЛБ. 
Разведчиков из охраны на нем не оказалось. По словам офицеров и солдат, 
находившихся на броне тягача, они встретили гражданский КамАЗ, и командир 
разведчиков решил, используя его как прикрытие, со своими бойцами незаметно для 
боевиков приблизиться к ним. По плану МТЛБ должен был двигаться на некотором 
удалении сзади и при необходимости оказать помощь разведчикам, сковавшим боем 
противника.

Однако вскоре на МТЛБ услышали впереди в тумане очередь КПВТ, а через некоторое 
время натолкнулись на оцепление, которое было выставлено подразделением МВД. 
Дальше их не пустили, и они решили вернуться. Что стало с КамАЗом и 
разведчиками, они не знали.




Несчастный КамАЗ


Командование СКВО в район оцепления пропустили. Здесь выяснилось, что недалеко 
от места, где комиссия попала в засаду, действовала маневренная группа МВД, 
которая, получив информацию о засаде боевиков, поспешила на выручку. Прибыв на 
место, они обнаружили замыкающий колонну УАЗ и убитых пассажиров (заместителя 
комдива полковника С. Гречина и его водителя). Двинувшись по дороге, они вдруг 
увидели появившийся из тумана КамАЗ с вооруженными людьми и, приняв их за 
боевиков, с ходу открыли огонь... Не пострадал лишь водитель КамАЗа, который 
чудом успел выскочить из кабины и укрыться за машиной. Командир взвода и его 
подчиненные с тяжелыми ранениями (КПВТ — это не шутка!) были отправлены в 
госпиталь. Попытки преследовать боевиков ни к чему не привели, да и вероятность 
обнаружения небольшой группы в тумане была мизерная. Отход они организовали 
либо пешком, используя складки местности, в сторону границы с Чечней, либо 
прибыв в район засады на машине и спрятав ее в одном-двух километрах от места 
засады, чтобы использовать после выполнения задачи.

Кстати, офицеры комиссии Генштаба наблюдали с позиций ВОП сразу после прибытия 
туда движение «Жигулей» белого цвета от Малгобека в сторону места засады по 
проселку параллельно главной дороге. Спустя некоторое время эта машина 
вернулась в Малгобек.

Как потом выяснилось, впереди идущий УАЗ, действительно проскочив поворот на 
ВОП, прибыл в расположение блокпоста МВД, о чем его командование сообщило, 
связавшись со взводным опорным пунктом.




Русский авось


Как случилось, что комиссия Генерального штаба России была безнаказанно 
расстреляна малочисленной группой боевиков?

Главная причина — российская безалаберность. Охрана была организована по 
старому принципу «авось и так сойдет». Никому из высоких начальников не 
вспомнились строки из Боевого устава Сухопутных войск, где описывается походное 
охранение: головной дозор, тыловой дозор и т. д. Может быть, в полном объеме 
охранение и не требовалось, но и двигаться вблизи границ мятежной Чечни, как в 
«Приарбатском округе», — верх безрассудства.

Напомним, как строится охрана любого подвижного объекта. Впереди на удалении 
примерно 500 метров должен двигаться головной разведдозор, желательно, как 
минимум, на БРДМ, и вести разведку маршрута. За ним — транспорт с «большой 
комиссией», хоть на автобусах, хоть на УАЗах. Замыкать колонну должен тыловой 
разведдозор, желательно также на БТР или БРДМ. Часть охраны должна 
располагаться на броне и вести визуальную разведку маршрута, а часть —