(От редакции: именно на этом этапе погиб командир СОБРа ГУОП подполковник. 
Крестьянинов. По рассказам очевидцев, при проделывании прохода в сетке-рабице 
его смертельно ранил снайпер. Пуля попала в челюсть с левой стороны, пробила 
аорту, легкие, ударила во внутреннюю стенку бронежилета и, отрикошетив, 
поразила позвоночник. На крик «Командира ранило!» подскочили бойцы, оказали 
первую медицинскую помощь, но кровотечение остановить не удалось — шею сильно 
не затянешь. Выносили на снятых с дома дверях... Вечная память командиру, 
который шел в первых рядах под пули со своими бойцами).




Контузия


«...У дороги „духи“ применили неплохой прием: на ГАЗ-53 установили 
крупнокалиберный пулемет, то ли ДШК, то ли „Утес“. В одном месте отработал, 
начинаем туда „мочить“, а он уже с другого направления барабанит.

У дороги нас сильно прижали огнем. Мы в это время находились в одном из дворов. 
У меня был нож, вполне обычный на вид, но я им рубил сетку-рабицу, а недавно 
прочитал у вас в «Солдате удачи», что это, оказывается нож морского пехотинца 
США. Справа от нас был еще какой-то СОБР. Они у меня спрашивают: «Что? Куда 
наступать?». Я говорю: «Вон, впереди наши ребята». Впереди была какая-то 
постройка. Они стали перебегать туда, я их прикрыл. Кричу им: «Меня прикройте!».
 В это время как раз вертушки начали работать. Только стали заходить над селом 
— «духи» их так начали давить из ДШК, что практически им не дали работать. И 
опять свою роль сыграла эта машина с ДШК. Довольно эффективная штука... Начал я 
перебегать, и в это время кто-то из «Шмеля» долбанул. Сначала вроде бы так 
ничего, все нормально, но чувствую, что-то в голове не так. До ребят добежал, 
чувствую, плохо. Ребята говорят: «Может, водки?», но кто-то сказал, что нельзя. 
Выпил чаю.

Сначала полегчало, а потом хуже стало. Стал заикаться, пытаюсь что-то сказать и 
не могу. Тут ребята вытащили двух заложников, которые по их словам убежали от 
«духов». По документам — дагестанцы. Ну, мне говорят: «Сможешь дотащить?». 
Дотащил, а там уже все, отруб». 

Около 16.00-16.30 поступила команда отойти на исходный рубеж.




Прорыв


Лишь к исходу дня к 6 к атакующим прибыла артиллерия — батарея реактивных 
пусковых установок БМ-21 «Град» и батарея 122-мм гаубиц Д-30. Но ночь с 16 на 
17 прошла, как и предыдущая: небо над Первомайским подсвечивали САБами, которые 
сбрасывали самолеты с большой высоты, поэтому светили они минут по 20. 
По-прежнему обеспечивались, кто, как мог, вели беспокоящий огонь, дремали.

Утром 17-го в 8.00 поступила команда оставить позиции и отойти на 500 метров, 
дабы не пострадать от огня артиллерии. «Боги войны» осуществили пристрелку, но 
из-за погоды огневая подготовка не состоялась. Весь день прошел в ожидании БШУ. 
А ночь подкинула сюрприз. Около полуночи группа боевиков общей численностью до 
250 человек осуществила прорыв на участке, который удерживал отряд спецназа 
22-й ОБрСпН численностью 45-50 человек. «Духи» ударили точно в стык между 
спецназом и дагестанским ОМОНом. Разведчики дрались отчаянно, сдерживая 
пятикратно превосходящего противника, которому к тому же нечего было терять. Их 
героические усилия никто не поддержал ни огнем, ни маневром. Да и кому было 
поддерживать, если боевой порядок операции не предполагал ни создания 
бронегруппы, ни резерва, а для того, чтобы осуществить быструю перегруппировку, 
надо хотя бы находиться в трезвом рассудке. Когда же заместителю Куликова 
генерал-лейтенанту Голубцу доложили о прорыве, он, по отзывам очевидцев, был до 
такой степени пьян, что единственное распоряжение, которое он смог отдать, 
звучало примерно так:

«Доставить их (боевиков) мне сюда!». Любопытно было бы посмотреть, как скоро бы 
он протрезвел, если бы вдруг «чехи» выполнили его просьбу и пришли на зов.




Конец


Лишь около 11.00 18 января после удара «Града» и гаубиц спецподразделения пошли 
в новую атаку и к 15.00 овладели населенным пунктом. К этому времени основные 
силы чеченцев давно прорвались из Первомайского.