поставки через Иран можно было влиять лишь косвенно, в рамках общей 
подводной войны. Тем важнее было обеспечить уничтожение к тому же и наиболее 
многочисленных конвоев, направлявшихся в русские северные порты. Борьба на этих 
коммуникациях наряду с материальным ущербом, причинявшимся противнику, 
приносила существенную выгоду в стратегическом отношении, так как при этом 
сковывались крупные силы английского флота, которые союзникам постоянно 
приходилось выделять для прикрытия конвоев.
      В 1941 г. германское командование не придавало серьезного значения 
переброске военных материалов в русские порты. Гитлер тогда еще был убежден в 
быстром завершении русской кампании. Так, из семи конвоев, прибывших за период 
с августа по декабрь 1941 г. в русские порты и насчитывавших в среднем по 
девять кораблей каждый, было потоплено всего одно судно. Лишь после провала 
наступления на Москву, когда война против Советского Союза пошла по совершенно 
новому и неожиданному руслу, началась планомерная борьба с конвоями противника 
легкими силами флота, подводными лодками и авиацией. Эффективность ее была тем 
выше, чем продолжительнее были дни и короче спасительные для конвоев ночи, пока,
 наконец, в летние месяцы конвои вообще лишились всякой возможности укрываться 
от наблюдения противника.
      Первый крупный успех был достигнут в начале мая, когда совместными 
усилиями подводных лодок и авиации, атаковавших один из конвоев, было потоплено 
несколько транспортов общим тоннажем 37 тыс. брт и два английских крейсера 
«Эдинбург» и «Тринидад». Еще более тяжелый удар был нанесен по другому крупному 
конвою, из состава которого между 25 и 29 мая было уничтожено в общей сложности 
114 тыс. брт. Вдобавок авиация ударами по портовым сооружениям Мурманска и по 
Мурманской железной дороге нанесла серьезный ущерб грузам, доставленным в 
русские порты.
      Следующий крупный конвой в составе 35 судов, отправленный англичанами в 
начале июля из Исландии и встретившийся в пути с возвращавшимся из русских 
портов караваном разгруженных судов, в течение нескольких дней также 
подвергался исключительно успешным атакам с немецкой стороны. Для прикрытия 
этих караванов англичане, которые обнаружили прибытие крупных немецких 
надводных кораблей в норвежские порты, направили в район Шпицбергена большое 
соединение кораблей: один английский и один американский линкоры, один 
авианосец, семь крейсеров и большое число эскадренных миноносцев. Немецкое 
военно-морское командование тем временем действительно сосредоточило в Норвегии 
свой Североморский флот, состоявший из линкора «Тирпиц», крейсера «Хиппер» и 
«карманных» линкоров «Шеер» и «Лютцов»; впоследствии он был еще усилен линкором 
«Принц Евгений» и большим количеством эскадренных миноносцев.
      4 июля последовали первые удары немецких подводных лодок и самолетов по 
направлявшимся на восток судам, до отказа груженным оружием и другими военными 
материалами. Когда английский адмирал в тот же вечер получил донесение о 
приближении немецкой эскадры, английские корабли к этому времени уже несколько 
дней находились в море. Английское адмиралтейство в условиях опасной близости 
крупных сил немецкой авиации не решилось использовать линейные корабли для 
прикрытия конвоя и для борьбы с немецкими кораблями, у которых запасы топлива 
вследствие меньшего удаления от их баз были значительно больше, чем у англичан. 
Слишком велика была опасность понести серьезные потери. Поскольку в этом районе 
продолжали действовать «Тирпиц» и оба немецких «карманных» линкора, неудача в 
данном случае могла бы поставить под вопрос все английское морское господство в 
Атлантике, которое в результате потерь на других театрах было к этому времени 
весьма непрочным. Поэтому английский адмирал отдал конвою приказ 
рассредоточиться, так как при сложившейся обстановке одиночные, находящиеся на 
значительном удалении друг от друга суда имели больше шансов на спасение. В 
результате транспортные суда оказались предоставленными самим себе. Это было 
время, когда солнце на Крайнем Севере почти не заходит. В течение трех дней 
немецкие подводные лодки и авиация уничтожали этот крупный конвой. Из 35 судов 
22 пошли ко дну вообще без какого бы то ни было вмешательства немецких 
надводных кораблей. После таких серьезных неудач англичане в течение 
последующих месяцев воздерживались от посылки конвоев и Советский Союз. Однако 
положение русских в течение этих месяцев, когда немецкие армии на Востоке 
продвигались к Сталинграду и выходили к Кавказу, представлялось настолько 
серьезным, что к сентябрю по военным и политическим соображениям уже невозможно 
было откладывать посылку новых военных грузов. Вновь -были снаряжены два конвоя,
 причем с таким расчетом, чтобы они в Северном Ледовитом океане встретились для 
обеспечения более эффективного прикрытия их от ударов противника. Между 10 и 18 
сентября они неоднократно были атакованы немецкими подводными лодками и 
самолетами, которые потопили 17 транспортов, один эсминец и один тральщик, хотя 
сами, по английским данным, потеряли при этом 42 самолета я две подводные лодки.
 В следующие месяцы англичане посылали лишь одиночные суда, так как им и 
американцам нужны были транспорты для десантной операции в Северной Африке. Из 
13 направлявшихся в русские порты судов лишь 3 смогли прибыть к месту 
назначения. Успехи этого лета явились кульминационной точкой борьбы с 
судоходством противника в этом районе.
      Значительные потери в самолетах с немецкой стороны ясно указывали на 
изменение обстановки в воздухе, которое объяснялось гораздо более эффективным 
прикрытием истребителями с авианосцев противника и серьезным усилением средств 
противовоздушной обороны на самих кораблях. Помимо этого, в результате высадки 
западных союзников в Северной