Уже 27 августа в английских и американских газетах появились статьи на тему 
"Tirpitz exit". Эти известия были пропущены германской цензурой или, другими 
словами, министерством иностранных дел еще раньше, чем кайзер принял решение. 
Тем самым с подводной войной было покончено; в Америке и в лагере наших врагов 
началось ликование. Престиж Германии пострадал в дотоле невиданном масштабе. 
Отступление Германии произвело огромное впечатление на нейтральные страны, 
между 
тем как престиж Вильсона возрос необычайно, особенно в Америке.

Ввиду усвоенной рейхсканцлером манеры добиваться своего, действуя исподтишка, я 

обратился 27 августа с просьбой освободить меня от обязанностей статс-секретаря,
 
предложив использовать меня как солдата в любой другой области. 30 августа моя 
просьба была отклонена. С другой стороны, говорилось в приказе кабинета, я 
пришел к убеждению, что в морских вопросах, затрагивающих область внешней 
политики, - а сюда относятся почти все вопросы ведения морской войны, - ваше 
сотрудничество с рейхсканцлером совершенно исключается. Поэтому кайзер счел 
нужным отказаться от регулярной консультации со мной по этим вопросам. Однако я 

самым решительным образом отказываюсь освободить вас от обязанностей статс-
секретаря по морским делам. Вы не можете сомневаться в том, что перемена на 
этом 
посту во время войны, в особенности же при нынешнем положении с кадрами в 
морском ведомстве, повредит работе всего флота, а ваша отставка в данный момент 

будет иметь за границей и внутри страны самые тяжелые последствия, 
предотвращение которых - священный долг нас обоих. Кроме того, во время войны я 

не могу допустить, чтобы офицер подавал в отставку из-за разногласий по вопросу 

об использовании военно-морского флота, которым в конечном счете распоряжаюсь в 

качестве верховного главнокомандующего лично я, с полным сознанием моей 
ответственности.

После того как я заявил, что содержание этого приказа кабинета делает для меня 
невозможным дальнейшее пребывание на прежнем посту, кайзер дал мне короткую 
частную аудиенцию и одновременно обещал издать новый приказ, изменяющий 
содержание предыдущего. Действительно, 19 сентября я получил от лица кайзера 
заверение в том, что он намерен неизменно принимать во внимание мои взгляды 
касательно важнейших вопросов морской политики. Вследствие этого я решил не 
настаивать на своей отставке. Об этом просили меня и многие политические 
деятели, а также ряд весьма высокопоставленных лиц.

Однако адмирал Бахман, заявивший протест против надувательства кайзера 
рейхсканцлером, был уволен и заменен адмиралом фон Гольцендорфом. Последний 
удалился на покой после императорских маневров в 1912 году. До своего 
назначения 
на новый пост он неоднократно высказывался в духе Бетмана; он получил указание 
находиться, как правило, не в ставке, а в Берлине; в это время обстоятельства 
сложились так, что мне также пришлось переехать туда.




4


Я считаю полезным показать, как развивалась подводная война с точки зрения 
командования флотом, руководившего ею повсюду, кроме Средиземного моря, 
Фландрии 
и Балтийского моря. Тогдашний начальник штаба командующего флотом переслал мне 
следующий календарь событий:

4. II. 15. Провозглашение военной зоны.

14. II. 15. Требование, чтобы ввиду ряда важных политических причин 
командование 
радировало вышедшим в море подлодкам приказ временно воздержаться от нападения 
на суда, плавающие под нейтральными флагами (при тогдашнем состоянии подводной 
радиотехники этот приказ был невыполним, так как подлодки успели уже отойти на 
значительное расстояние от берега. К тому же в то время всякое судно плавало 
под 
нейтральным флагом).

15. II. 15. Приказ ставки начать подводную войну против нейтральных судов не 18 

февраля, а лишь по получении особого распоряжения. В силу этого приказа выход в