воспользовавшись замешательством наступавших войск, вечером первого же дня 
нанес контрудар, в результате которого одна из бригад индийской 5-й дивизии 
была рассеяна, а другая окружена и на следующий день разгромлена вместе со всей 
дивизионной артиллерией. Роммель взял в плен четыре артиллерийских полка и 4 
тыс. человек.

Английские танковые бригады не имели передышек в ходе этой операции. Их 
действия по поддержке пехоты плохо координировались, причем недостатки в 
управлении войсками [303] усугубились тем, что командир 7-й бронетанковой 
дивизии Мессерви оказался отрезанным от своих войск как раз в тот момент, когда 
немецкие танки разгромили штаб индийской 5-й дивизии. Это был второй случай в 
ходе данного сражения, когда он терял управление войсками.

Тем временем Роммель отсекал важную часть позиции 8-й армии. Вечером 1 июня, 
непосредственно после захвата "очага" у Сиди-Муфты, он отдал приказ немецкой 
боевой группе и дивизии "Триест" захватить еще более изолированный "очаг" у 
Бир-Хашейма на южном фланге, который удерживала 1-я бригада Свободной Франции. 
Однако обороняющиеся оказали такое упорное сопротивление, что Роммель вынужден 
был принять на себя командование наступающими частями. В своем дневнике он 
записал: "Нигде в Африке мне не давали столь упорного боя". Лишь на десятые 
сутки Роммелю удалось прорвать оборону. Большинство французов ускользнули под 
покровом темноты.

Теперь у Роммеля были развязаны руки для нанесения нового, более глубокого 
удара. К этому времени общая численность танков в английских бронетанковых 
бригадах была доведена, благодаря свежим подкреплениям, до 330 и в два раза 
превышала число танков, оставшихся в Африканском корпусе, однако боевой дух 
англичан был серьезно подорван, а немцы уже предвкушали победу.

11 июня Роммель нанес удар в восточном направлении и на следующий день зажал 
две из трех английских танковых бригад между своими танковыми дивизиями. 
Англичанам пришлось вести бой в степном пространстве под угрозой быть 
уничтоженными перекрестным огнем. Они могли бы попытаться вырваться из ловушки, 
если бы Мессерви не был вновь, в третий раз за три недели, отрезан от своих 
войск наступающими немецкими войсками, когда он ехал на доклад к командующему 
армией. Ко второй половине дня 12 июня две танковые бригады попали в западню. 
Лишь немногим удалось вырваться. Третья бригада, шедшая им на выручку, понесла 
тяжелые потери, так как немцы к этому времени заняли выгодные позиции.

13 июня Роммель повернул на север, вытеснил англичан из очага обороны 
"Найтсбридж" и продолжил преследование английских танковых сил. К походу дня у 
англичан осталось около 100 танков. Таким образом, Роммель добился 
превосходства в танках и, господствуя на поле боя, мог теперь, в отличие от 
англичан, эвакуировать и отремонтировать многие из своих поврежденных танков.

Над двумя дивизиями, удерживавшими рубеж Эль-Газаль, нависла угроза окружения, 
поскольку 14 июня Роммель отдал [304] приказ Африканскому корпусу двинуться на 
север через Акрому и перерезать прибрежную дорогу. Однако продвижение немцев 
задержало минное поле. Они смогли преодолеть его лишь к концу дня. К этому 
времени танкисты настолько устали, что физически были не в состоянии выполнить 
приказ Роммеля перерезать дорогу. Этим воспользовалась южноафриканская 1-я 
дивизия, автоколонны которой всю ночь отходили по этой дороге. Часть их 
арьергарда все же оказалась отрезанной, когда на следующее утро немецкие 
танковые части возобновили бросок к морю. Английской 50-й дивизии, занимавшей 
оборону на рубеже Эль-Газаль, удалось избежать разгрома лишь потому, что она 
прорвалась на запад через фронт итальянских войск и двинулась на юг, в обход 
противника, а потом повернула на восток, к границе. Южноафриканская 1-я дивизия,
 которой удалось проскользнуть по прибрежной дороге, также отходила к границе, 
находившейся в 70 милях за Тобруком.

Отход на столь большое расстояние противоречил замыслу Окинлека, и он отдал 
Ритчи приказ, в соответствии с которым 8-я армия должна была собрать силы и 
занять оборону западнее Тобрука. Ритчи, однако, не доложил своему 
главнокомандующему, что дивизии, удерживавшие рубеж Эль-Газаль, уже отступили к 
границе, а когда Окинлек узнал об этом, остановить их было слишком поздно. 
Английские войска оказались "между двух стульев".

Дело в том, что 14 июня, когда английские войска откатывались назад, Черчилль 
прислал категорическую телеграмму: "Полагаю, что в любом случае не может быть и 
речи об оставлении Тобрука". Он повторил это требование в телеграммах от 15 и 
16 июня. Это "указание на расстоянии", пришедшее из Лондона, привело к еще 
одной грубой ошибке. Было принято поспешное решение оставить часть 8-й армии в 
Тобруке, в то время как остальные ее силы отходили к границе. Это позволило 
Роммелю разгромить изолированные войска в Тобруке раньше, чем была должным 
образом организована оборона.

Когда немецкие танковые силы вышли к морю, Роммель вновь повернул их на восток. 
Они обошли Тобрук, захватывая или блокируя очаги обороны, созданные в тылу 8-й 
армии, и двинулись к аэродромам у Гамбута, восточнее Тобрука. В ходе этого 
марш-маневра они отбросили остатки английских танковых бригад, которые отошли к