шагу, не пускать немца за Волгу! Мы не пускали.
 — Ты пойми, — настаивал Ромашкин, — нам детали жизни в долговременной обороне 
нужны. 
 Наиль обиделся: 
 — У нас такие же детали, как у фашистов, да? 
 — Вот чудак! Зачем обижаешься? Надо же нам приспособиться к новым условиям 
разведки. 
 — Не будет долгой оборона, товарищ старший лейтенант. Мы сейчас такими стали, 
что не удержит никакая крепость! 
 В ходе подготовки к штурму самыми популярными людьми в полку стали инженер 
Биркин и саперы. Женя Початкин был уже старшим лейтенантом. Командовал саперной 
ротой полка. Он быстро освоил сложную науку «созидания и разрушения», как он 
называл саперное дело. 
 Однажды ночью Початкин прошел с Ромашкиным нейтральную зону и полевую оборону, 
подбирался к форту — он должен был изучить укрепления и придумать, как открыть 
дорогу полку. Ромашкин со своими разведчиками охранял его в вылазке. 
 — Опять меня конвоируешь, — шутил Початкин, намекая на их самую первую встречу.
 
 — Твои мозги охраняю, — отвечал Василий. — Давай думай, думай, нечего филонить.
 
 Они подкрались ко рву, на веревках спустились к неподвижной, пахнущей гнилью 
воде. На надувных лодочках поплыли к выступающей из воды трехэтажной бетонной 
стене с черными амбразурами. Достаточно было одной короткой очереди, чтобы 
разведчики и саперы пошли на дно рва, наполненного зеленой затхлой водой. Но 
форты не стреляли. В их бетонном чреве немцы спали спокойно, зная, что впереди, 
в полевых сооружениях, охраняли их целые дивизии и полки. У немцев и в мыслях 
не было, что кто-то из русских проберется сюда и отважится плавать под самыми 
дулами пулеметов. 
 Початкин ощупал, погладил холодное тело форта, осмотрел облицованные камнем и 
бетоном берега, отковырнул кусочки камня и цемента, положил в карман, потом 
измерил глубину воды и высоту рва над ней. 
 Когда вернулись к спущенным веревкам, сверху склонились головы Саши Пролеткина,
 Ивана Рогатина и Шовкопляса. С ними были саперы из роты Початкина. На этом 
берегу они тоже измерили ров, набрали образцы грунта и бетона. 
 — Может, «языка» прихватим? — спросил Ромашкин. Прежде Початкин не отказался 
бы от такого предложения. А теперь, покачав головой, прошептал: 
 — Ни в коем случае. Наши сведения важнее десяти твоих вшивых фрицев.
 Из расположения врага им удалось благополучно вернуться. В своей траншее 
Початкин продолжил разговор: 
 — Если бы ты и притащил пленного, что бы он мог сказать о конструкции и 
прочности сооружения? Откуда рядовой солдат и даже офицер это знает? А мы 
теперь вот узнаем! 
 Днем после отдыха Василий сидел в блиндаже майора Биркина и слушал, как 
Початкин вместе с полковым инженером делали расчеты. Они измеряли какие-то углы,
 искали сведения в справочниках, писали длинные столбцы цифр и формул. 
 Ромашкин с гордостью за своего друга подметил: майор хоть и старше по званию, 
хоть и военный инженер, а Початкин лучше разбирается в тех тонкостях, о которых 
они говорили. Биркин и сам сказал Василию, кивнув на своего помощника: 
 — Светлейшая голова. Молодой, дерзкий, находчивый ум. Ему бы заводы строить!.. 

 — Никогда не думал, что мой первый серьезный проект будет посвящен разрушению 
кем-то добротно построенного сооружения, — сказал, не отрываясь от бумаг, 
Женька. 
 Когда пошли ужинать в штабную столовую, Василий спросил: 
 — За что Биркин тебя так хвалит? Что ты придумал? 
 Початкин усмехнулся, ответил неохотно: 
 —Я предложил не просто взорвать берега и форт, как намечалось, а сделать 
взрывы направленными. И направить их так, чтобы и берега, и стены обвалились в 
ров с водой и образовали дамбу. А по дамбе пробегут наступающие… 
 — Ты гений, Женька! — восторженно воскликнул Ромашкин. 
 Уж кто-кто, а он-то мгновенно понял, как прекрасна, как спасительна идея 
Початкина. Василий хорошо знал: стоит полку выйти ко рву, наполненному водой, 
по бойцам сразу же ударят пулеметы из амбразур всех трех этажей. Тут не только 
секунды, десятые доли будут драгоценны. Пока сбросят принесенные с собой 
переправочные средства — и донесут ли их? — пока спустятся на воду… Страшно 
было подумать о том, что наделают десятки крупнокалиберных пулеметов, скрытых 
за трехметровым бетоном. 
 — Ты представляешь, что получится? — продолжал Початкин. — Приближается 
штурмовая группа ко рву. А тут — взрыв! И пожалуйста, ров заполнен. Все без 
остановки и почти без потерь бегут на тот берег. Неплохо, как думаешь? — 
спрашивает Женька. 
 — Я же говорю, ты гений. Не напрасно тебя конвоировал. 
 — Тут еще не все додумано, — сказал Початкин. — Как заранее доставить и 
заложить взрывчатку? Когда подбегут наступающие, все должно быть на месте. 
Только в этом случае осуществится наш замысел.
 Ромашкину хотелось предложить что-то полезное. И он во всех деталях попытался 
представить эту операцию, мысленно сравнивал ее с другими, в которых участвовал.
 
 Между тем они подошли к столовой, расположенной в большой комнате помещичьей 
усадьбы. Лепные ангелочки удивленно глядели с потолка на советских офицеров,