потопить 12 судов. При существовавших обстоятельствах это можно было пережить. 
Первый из конвоев для операции «Торч» вышел из Клайда 22 октября. К 26 октября 
все быстроходные транспорты были в море, и американские силы направлялись к 
Касабланке прямо из Соединенных Штатов. Вся экспедиция, насчитывавшая около 650 
судов, уже двинулась в путь. Суда пересекли Бискайский залив и Атлантический 
океан, не замеченные подводными лодками и германской авиацией.
      Мы мобилизовали все наши ресурсы. На севере наши крейсера следили за 
Датским проливом и выходами из Северного моря, чтобы оградить операцию от 
вмешательства вражеских надводных судов. Другие прикрывали пути из Америки близ 
Азорских островов, а англоамериканские бомбардировщики совершали налеты на 
базы подводных лодок вдоль Атлантического побережья Франции. Несмотря на явную 
концентрацию подводных лодок в районе Гибралтарского пролива, ведущие суда 
начали входить в Средиземное море в ночь на 6 ноября, еще не замеченные 
противником. Только 7го, когда алжирский конвой находился менее чем в 24 часах 
пути от места назначения, он был замечен, но и тогда атаке подверглось лишь 
одно судно.
      5 ноября Эйзенхауэр совершил опасный полет в Гибралтар. Я передал эту 
крепость под его командование, где он устроил свой временный штаб в качестве 
руководителя этой первой крупной американской и английской операции.
      Наступила очередь Гибралтара сыграть важную роль в этой войне.
      Здесь было сконцентрировано большое количество самолетов для операции 
«Торч». Весь перешеек был забит машинами, и к решающему часу здесь было собрано 
14 эскадрилий истребителей. Вся эта деятельность неизбежно протекала на глазах 
у германских наблюдателей, и мы лишь надеялись, что они подумают, что это 
подкрепление для Мальты.
      Мы столкнулись с весьма любопытным, но в конечном счете очень счастливым 
осложнением, Адмирал Дарлан, завершив свою инспекционную поездку по Северной 
Африке, оказался в Алжире накануне высадки англичан и американцев, Это было 
случайное и очень важное совпадение.
      Основные свои надежды мы возлагали в Алжире в последние недели на 
французского военного коменданта генерала Жюэна. Мэрфи поддерживал с ним тесные 
отношения, хотя точная дата высадки не была ему сообщена, 7 ноября вскоре после 
полуночи Мэрфи посетил Жюэна, чтобы сообщить ему, что час высадки наступил. 
Могучая англоамериканская армия, поддерживаемая сильными военноморскими и 
воздушными силами, приближалась и через несколько часов должна была начать 
высадку в Африке, Генерал Жюэн, хотя он был тесно связан с этой операцией и 
относился к ней лояльно, был поражен этим известием. Он считал, что является 
хозяином положения в Алжире. Но он знал, что присутствие Дарлана полностью 
подрывало его власть. Дарлан распоряжался всеми французами, сохранившими 
верность Виши. Мэрфи и Жюэн решили попросить по телефону Дарлана сейчас же 
приехать к ним. Около 2 часов ночи Дарлан, разбуженный срочным сообщением 
генерала Жюэна, приехал к нему.
      Когда Дарлану рассказали о готовящемся ударе, он побагровел и сказал:
      
      «Я давно знал, что англичане глупы, но я всегда верил, что американцы 
более умны. Я начинаю думать, что вы совершаете столько же ошибок, сколько и 
они». 
      
      Дарлан, который был известен своим отвращением к англичанам, давно был 
связан с державами оси. Он все еще формально и фактически был также связан с 
Петэном. Он знал, что если он перейдет к союзникам, то лично будет нести 
ответственность за неизбежное вторжение и оккупацию немцами
      неоккупированной зоны Франции. Самое большое, чего можно было поэтому от 
него потребовать, это заставить его запросить у Петэна телеграммой свободу 
действий. В том ужасном положении, в котором он оказался в результате 
безжалостного хода событий, это было его единственно возможным курсом.
      В 7 часов 40 минут утра Дарлан послал телеграмму Петэну:
      
      «В 7 часов 30 минут положение было следующим. Американские войска и 
английские суда совершили высадку в Алжире и поблизости от него. Атаки в 
нескольких местах отбиты, в частности в порту и в военноморском штабе. В 
других местах высадка была произведена неожиданно и успешно. Положение 
ухудшается, и оборона скоро будет сломлена. Поступили данные, что готовятся 
массовые высадки». 
      
      Вскоре после 1 часа ночи 8 ноября в районе Алжира высадились первые 
английские и американские войска. Сопротивление вдоль побережья было слабым. 
Наиболее ожесточенные бои завязались в самом Алжирском порту, где английские 
эсминцы «Броук» и «Мэлколм» пытались войти в порт и высадить американские 
десантные части на молу, для того чтобы захватить гавань и батареи и помешать 
затопить суда. Этот смелый удар сейчас же поставил два английских корабля под 
обстрел прямой наводкой обороняющихся батарей и привел к катастрофе. «Мэлколм» 
скоро был поврежден, а «Броук» при четвертой попытке вошел в гавань и высадил 
войска. Позже тяжело поврежденный «Броук» ушел из порта, но был потоплен в море 
на следующий день. Многие солдаты были окружены на берегу и вынуждены были 
сдаться.
      В 11 часов 30 минут Дарлан послал новую телеграмму своему начальнику, в 
которой говорилось, что «Алжир, возможно, будет занят сегодня вечером». И в 5 
часов вечера: «Поскольку американские войска вошли в город, несмотря на наше 
сопротивление, я дал указание главнокомандующему генералу Жюэну вести