громадными и многообразными, и лишь немногие ученые в то время рискнули бы 
предсказать, что атомная бомба может быть готова к использованию к 1945 году. 
Тем не менее потенциальные возможности этого проекта были настолько велики, что 
правительство его величества сочло правильным проведение 
научноисследовательских работ, несмотря на то что к нашим кадрам научных 
работников предъявлялись многочисленные другие требования. На этом этапе 
научноисследовательские работы проводились в основном в наших университетах, 
главным образом в Оксфорде, Кембридже, Лондоне (Имперский колледж), Ливерпуле и 
Бирмингеме. Во время формирования коалиционного правительства ответственность 
за координацию работы и ее продвижение лежала на министерстве авиационного 
производства, которое консультировал комитет видных ученых под 
председательством сэра Джорджа Томсона. 
      В то же время в соответствии с существовавшими тогда общими соглашениями 
об объединении научной информации происходил полный обмен мнениями между 
учеными, занимавшимися этой работой в Соединенном Королевстве и в Соединенных 
Штатах. 
      Был достигнут такой прогресс, что к лету 1941 года комитет сэра Джорджа 
Томсона имел возможность сообщить, что, по его мнению, имеется основание 
предполагать, что атомная бомба может быть изготовлена до окончания войны. В 
конце августа 1941 года лорд Черуэлл, на которого была возложена обязанность 
информировать меня обо всех этих и других технических усовершенствованиях, 
сообщил о достижении существенного прогресса. Общую ответственность за 
научноисследовательские работы, выполняемые под руководством различных 
технических комитетов, нес сэр Джон Андерсон, занимавший тогда пост лорда – 
председателя Совета». 
      
      В этих обстоятельствах (учитывая также действие обычных взрывчатых 
веществ большой силы, которых за последнее время было достаточно) я передал 
этот вопрос 30 августа 1941 года комитету начальников штабов.
      Начальники штабов рекомендовали немедленно принять меры, признав за ними 
максимальную первоочередность. Поэтому мы создали в департаменте научных и 
промышленных исследований специальный отдел для руководства работой. «Импириэл 
кэмикл индастрис» согласился освободить У. А. Акерса, чтобы он мог взять на 
себя руководство этим директоратом, который мы называли ради сохранения тайны 
«Директорат ТьюбЭллойс». После того как сэр Джон Андерсон перестал быть лордом 
– председателем Совета и стал министром финансов, я попросил его продолжать 
наблюдение за этой работой, для чего он обладал особыми данными. Для того чтобы 
давать ему консультации, под его председательством был создан консультативный 
совет.
      11 октября 1941 года президент Рузвельт послал мне письмо с предложением 
о том, чтобы наши усилия проводились совместно. В соответствии с этим все 
английские и американские работы в этой области были объединены, и ряд 
занимающихся ею английских ученых направился в Соединенные Штаты. К лету 1942 
года выполнение этой расширенной программы научноисследовательских работ 
подтвердило при наличии более надежной и более широкой базы те многообещающие 
предсказания, которые были сделаны за год до этого. Наступило время принять 
решение, следует ли приступить к строительству крупных производственных 
предприятий.
      Мы достигли этого этапа, когда я встретился с президентом в Гайдпарке. 
Со мною были мои документы, однако обсуждение было отложено до следующего дня, 
20 июня, поскольку президент нуждался в дополнительной информации из Вашингтона.

      Я рассказал президенту в общих чертах о достигнутых нами больших успехах 
и сказал ему, что наши ученые теперь окончательно убеждены в том, что 
результаты могут быть достигнуты до окончания нынешней войны. Он сказал, что 
его люди также успешно работают над этим, но ни один из них не может сказать, 
получится ли из этого чтонибудь практическое, до тех пор пока не будут 
проведены широкие испытания. Мы оба остро сознавали, с какими опасностями 
связано бездействие. Мы знали, какие усилия прилагают немцы для получения 
запасов «тяжелой воды» – мрачный термин, жуткий, противоестественный, который 
начал проникать в наши секретные бумаги. Что, если враг будет иметь атомную 
бомбу прежде нас?!
      Как бы скептически ни относиться к утверждениям ученых, по поводу которых 
сами ученые сильно спорили между собой и которые были выражены на языке, 
непонятном для непосвященного, мы не могли пойти на смертельный риск быть 
превзойденными в этой ужасной области. Я настойчиво требовал, чтобы мы 
немедленно объединили всю нашу информацию, работали совместно на равных правах 
и поровну делили между собой результаты, если таковые будут получены. Затем 
возник вопрос о том, где должно быть создано исследовательское предприятие. Мы 
уже знали, какие громадные расходы будут связаны с этим, и учитывали, какое это 
вызовет серьезное отвлечение ресурсов и интеллектуальной энергии от других форм 
военных усилий. Учитывая, что Англия была объектом бомбардировок и постоянной 
воздушной разведки врага, казалось невозможным построить на острове большие и 
бросающиеся в глаза заводы, которые были необходимы. Мы понимали, что мы 
продвинулись, по крайней мере, столь же далеко, как наш союзник. Конечно, была 
также возможность построить эти заводы в Канаде, которая сама должна была 
внести важный вклад путем снабжения ураном, который она активно накапливала.
      Трудно было принять решение израсходовать несколько сот миллионов фунтов 
стерлингов (не столько даже денег, как необходимых для других целей видов 
драгоценной военной энергии) на проект, успех которого не мог гарантировать ни