помочь в частности их полное невмешательство во внутренние дела и строгое 
соблюдение установленных правил поведения при выходе (выезде) за пределы 
отведенных им мест дислокации. Все это не имело ничего общего с оккупацией. 
      Что касается вступления Литвы, Латвии и Эстонии в состав СССР, то оно 
явилось результатом отношений Советского Союза с Прибалтийскими республиками, 
сложившихся летом 1940 г., внутренних процессов в этих государствах в конце 
30х годов, международной ситуации в целом, обусловленной ходом второй мировой 
войны. 
      Черчилль, как видно из дальнейшего текста, стремился сделать 
Прибалтийские государства предметом политического торга, опираясь на концепцию 
«оккупации» и «поглощения» Прибалтики Советским Союзом. этой единственной 
стране, ожесточенно сражающейся с германскими армиями». 
      
      Президент и государственный департамент, однако, оставались при своем 
мнении, и, как будет видно ниже, мы в конечном счете пришли к лучшему выводу.
      
      Премьерминистр – премьеру Сталину 
      9 марта 1942 года 
      «1. Я отправил Президенту Рузвельту послание, убеждая его одобрить 
подписание между нами соглашения относительно границ России по окончании войны. 

      2. Я дал специальные указания о том, чтобы обещанные нами поставки никоим 
образом не прерывались и не поступали с опозданием. 
      3. Теперь, когда погода улучшается, мы возобновляем как в дневное, так и 
в ночное время свое мощное наступление на Германию с воздуха. Мы продолжаем 
изучать другие меры для того, чтобы снять с Вашей страны некоторую часть 
бремени. 
      4. Продолжающееся продвижение русских армий и ужасные потери врага, о 
которых известно, естественно, являются источником величайшего ободрения для 
нас в период испытаний». 
      
      Премьер Сталин – премьерминистру 
      15 марта 1942 года 
      «Очень благодарен Вам за Ваше послание, переданное в Куйбышеве 12 марта. 
      Приношу Вам признательность Советского Правительства за сообщение о 
принятых Вами мерах по обеспечению поставок для СССР и по усилению воздушного 
наступления на Германию. 
      Выражаю твердую уверенность в том, что совместные усилия наших войск, 
несмотря на отдельные неудачи, в конечном счете сломят силы нашего общего врага 
и что 1942 год будет решающим в повороте событий на фронте борьбы с гитлеризмом.
 
      Что касается первого пункта Вашего послания – о границах СССР, то я думаю,
 что придется еще обменяться мнениями о тексте соответствующего договора в 
случае, если он будет принят обеими сторонами для подписания». 
      
      Президент в то время также был в хороших отношениях с Советами, и в 
предыдущей главе мы видели его упоминание о визите Молотова в Вашингтон. Он 
предпочел бы, чтобы уполномоченный прибыл сначала в Соединенные Штаты, но 
Сталин запланировал иначе.
      
      Премьер Сталин – премьерминистру 
      23 апреля 1942 года 
      «...На днях Советское Правительство получило от г. Идена проекты двух 
договоров между СССР и Англией, существенно отличающиеся в некоторых пунктах от 
текста договоров, фигурировавших во время пребывания г. Идена в Москве. Ввиду 
того что это обстоятельство ведет к новым разногласиям, которые трудно 
исчерпать в порядке переписки, Советское Правительство решило, несмотря на все 
трудности, направить в Лондон В. М. Молотова для исчерпания путем личных 
переговоров всех вопросов, тормозящих подписание договоров. Это тем более 
необходимо, что вопрос о создании второго фронта в Европе, поставленный в 
последнем послании Президента США г. Рузвельта на мое имя с приглашением В. М. 
Молотова в Вашингтон для обсуждения этого вопроса, требует предварительного 
обмена мнений между представителями наших правительств. 
      Примите мой привет и пожелание успеха в борьбе с врагами Великобритании». 

      
      Премьерминистр – премьеру Сталину 
      25 апреля 1942 года 
      «Весьма Вам благодарен за Ваше послание от 23 апреля. Мы, конечно, будем 
приветствовать визит гна Молотова, с которым, я уверен, мы сможем проделать 
много полезной работы. Я очень рад, что Вы находите возможным разрешить этот 
визит, который, я уверен, будет весьма ценным». 
      
      Бывший военный моряк – президенту Рузвельту 
      24 апреля 1942 года 
      «По поводу того, что Вы указываете в Вашей телеграмме о поездках Молотова,
 я получил от Сталина послание, в котором говорится, что он посылает М. сюда, 
чтобы обсудить некоторые расхождения в проектах нашего соглашения, которые он 
желает уладить как можно скорее. Возможно, что он уже в пути. 
      Как Вы понимаете, теперь я не могу предложить ему изменить порядок своих