и достоинству французской нации, было подвергнуто осуждению и упразднено. Это 
означает прежде всего, что вражеские руководители, совершившие военные 
преступления в отношении французов и французской собственности, равно как и 
сотрудничающие с ними предатели, должны понести наказание. Это означает также, 
что тоталитарная система, которая восстановила, вооружила и толкнула против нас 
наших врагов, точно так же как и система коалиции частных интересов, которая в 
нашей стране действовала против интересов нации, должны быть одновременно 
упразднены раз и навсегда. 

Мы хотим, чтобы французы могли жить в безопасности. В области внешних отношений 
нужно добиться таких материальных гарантий, которые лишали бы извечного 
агрессора возможности совершать агрессию и насилия. Во внутренней жизни страны 
нужно создать такие практические гарантии против тирании нескончаемых 
злоупотреблений, которые обеспечили бы каждому свободу и уважение его 
достоинства в жизни и в труде. Национальная безопасность и социальная 
справедливость являются для нас непременными и неотделимыми друг от друга 
целями. 

Мы хотим, чтобы в корне была упразднена механическая организация людских масс, 
которую создал враг вопреки всяким принципам религии, морали и милосердия под 
тем лишь предлогом, что он достаточно силен для того, чтобы совершать насилие 
над другими. И мы хотим в то же время, чтобы в мощном обновлении ресурсов нации 
и империи посредством управляемой человеком техники извечный французский идеал 
свободы, равенства и братства нашел отныне такое претворение в нашей стране, 
чтобы каждый был свободен в своих убеждениях, своих верованиях, своих действиях,
 чтобы каждый человек в начале своей общественной деятельности имел равные с 
другими шансы на успех, чтобы личность пользовалась уважением общества, а в 
случае необходимости и помощью с его стороны. 

Мы хотим, чтобы эта война, которая затронула судьбы всех народов и объединила 
усилия демократических государств для достижения общей цели, привела к такой 
организации мира, при которой будут созданы прочные основы солидарности и 
взаимопомощи между народами во всех областях. И мы хотим, чтобы в этой 
международной системе Франция заняла видное место, которое ей по праву 
обеспечивают ее заслуги и ее гений. 

Франция и мир борются и страдают за свободу, за справедливость, за право людей 
распоряжаться своей судьбой. Нужно, чтобы право людей распоряжаться своей 
судьбой, справедливость и свобода были не только на словах, но и на деле 
завоеваны в этой войне как для каждого государства, так и для каждого 
отдельного человека. 

Только такая победа Франции и всего человечества могла бы вознаградить нашу 
родину за те невиданные испытания, которые выпали на ее долю, только они могли 
бы вновь открыть для Франции путь к величию. Такая победа стоит любых усилий и 
любых жертв. Мы победим! 

Телеграмма генерала де Голля представителю "Свободной Франции" в Каире барону 
Бенуа 

Лондон, 27 июня 1942 

На тот случай, если ведущиеся сейчас военные действия будут развиваться 
неблагоприятно, следует в срочном порядке наметить конкретные мероприятия в 
отношении свободных французов, находящихся в Египте. 

Мне кажется, что все лица, которые достигли или во время войны достигнут 
возраста, позволяющего носить оружие, то есть лица в возрасте от пятнадцати до 
сорока восьми лет, должны быть эвакуированы в Сирию. Я вас уполномочиваю в 
случае необходимости отдать им от моего имени соответствующий приказ. 

Что касается личного состава в районе канала, то с ним, по-видимому, следует 
поступить точно так же, когда в этом появится необходимость. 

Прошу поставить меня в известность о мерах, которые вы уже приняли и которые 
собираетесь принять. 

Держите конечно, и впредь тесную связь с генералом Катру, которому я направляю 
копию данной телеграммы. 

Телеграмма генерала де Голля генералу Катру, в Бейрут 

Лондон, 6 июля 1942 

Полностью одобряю ваше решение не выводить из боя наши войска, если этого не 
потребует защита долины Нила. 

Однако по-прежнему абсолютно необходимо, чтобы наши войска не ввязывались в бой 
под Эль-Аламейном до тех пор, пока они не будут полностью вооружены и оснащены. 
Мы не настолько богаты, чтобы заниматься расточительством.