Прошу сообщить мне о судьбе роты парашютистов и истребительной авиагруппы 
"Эльзас". 

Также прошу срочно направить первый список лиц, представляемых к награждению 
крестом Освобождения, Военной медалью и к объявлению благодарности в приказе по 
войскам "Свободной Франции". 

Приложения 

Речь премьер-министра Великобритании Уинстона Черчилля в палате общин 4 июня 
1940 

Положение британских экспедиционных сил стало критическим. Однако благодаря 
грамотно проведенному отступлению и ошибкам со стороны Германии, основная часть 
британских войск отошла к Дюнкеркскому плацдарму. 26 мая началась эвакуация из 
Дюнкерка. По окончанию эвакуации оказалось, что более 338.000 союзных войск 
достигли Англии, включая 26.000 французских солдат. 

"С того момента как французская оборона у Седана была прорвана к концу второй 
недели мая, только безотлагательное отступление к Амьену и на юг могло стать 
единственным спасением для британской и французской армий, которые, выступив по 
просьбе бельгийского короля, вошли в Бельгию; но этот стратегический факт не 
был сразу осознан. Французское Главное командование надеялось, что можно будет 
закрыть образовавшуюся брешь, и что северные армии до сих пор хорошо управляемы.
 Кроме того, такого рода отступление, наверняка, повлекло бы за собой 
уничтожение всей бельгийской армии и потерю всей Бельгии. (...) 

Однако, немецкий прорыв прорезал все коммуникационные линии между нами и 
основными французскими силами. Таким образом были разрушены наши коммуникации 
для поставки провизии и боеприпасов, которые в первую очередь шли в Амьен, 
далее вдоль побережья - в Булонь и Кале, и так почти до Дюнкерка. (...) 

Когда стало ясно, что невозможно восстановить проход к Амьену основных 
французских армий, остался единственный выход. На самом деле казавшийся 
невозможным. Бельгийские, британские и французские армии были практически 
окружены. Единственное возможное отступление - к единственному свободному порту 
(Дюнкерк - прим. ред.). (...) 

Король бельгийцев призвал нас придти к нему на помощь. Если бы этот правитель и 
его правительство активно сотрудничало с союзниками, с теми, кто избавил их 
страну от гибели в прошлой войне, и не искали бы спасения в том, что оказалось 
фатальным бездействием, французская и британская Армии могли благополучно еще в 
самом начале событий спасти не только Бельгию, но, возможно, даже Польшу. Но 
даже в последний момент, когда Бельгия уже подверглась нападению, и король 
Леопольд призвал нас оказать помощь, даже в последний момент мы пришли. Он и 
его храбрая и хорошо подготовленная армия, которая составляет около 
полумиллиона, охраняла наш левый фланг и, таким образом, держала прикрывала наш 
единственный путь отступления к морю. Неожиданно, без каких-либо предупреждений,
 руководствуясь не советом своих министров, а своими личными соображениями, он 
сдал полномочия немецкому командованию, предал свою армию, и оставил 
незащищенным весь наш фланг и наши пути к отступлению.!...) Капитуляция 
Бельгийской Армии вынудила Британцев, как можно скорее закрывать своим флангом 
проход к морю длинной более 30 миль. (...) 

Враг атаковал мощно и свирепо со всех сторон, и его основная сила сила численно 
превосходящих военно-воздушных сил, была брошена в бой, а также направлена на 
Дюнкерк и на побережье. (...) 

Там временем, военно-морские силы Великобритании, с помощью бессчетного 
количества торговых моряков, изо всех сил старались помочь посадить на корабли 
британские войска и войска союзников; 220 легких эсминцев и 650 другого рода 
кораблей были задействованы. Они вынуждены были работать часто при плохой 
погоде, под почти непрекращающимися бомбовыми атаками и под все увеличивающимся 
артиллерийским огнем. Кроме того, само море, как я уже сказал, не было 
свободным от мин и торпед. (...) 

Это было великое испытание мощи сил британских и немецких ВВС. Можете ли вы 
представить себе более грандиозную задачу для немцев в воздухе, чем сделать 
эвакуацию с этих берегов невозможной, и потопить все корабли, которые только 
они смогут обнаружить? Могла ли тогда быть задача большей военной важности и 
значения, чем эта? Они старались изо всех сил, но встретили отпор; и их планы 
были сорваны. Я отдаю должное нашим молодым летчикам. Не может ли так случиться,
 что дело всей цивилизации будут защищать своим мастерством и преданностью 
несколько тысяч летчиков? (...) 

Мы можем противопоставить потерям, составляющим свыше 30.000 человек, гораздо 
более тяжелый урон, нанесенный противнику. Но наши материальные потери огромны. 
Вероятно, мы потеряли одну треть солдат, по сравнению с потерями в начальных 
сражениях в прошлой войне с 21 марта 1918, но мы потеряли почти все вооружение,