Двадцать первого марта шестьдесят шестого года посол в Израиле Чувахин 
представил на имя Громыко записку о возможных шагах Советского Союза в 
отношении Израиля в ближайшие два года.
 После ритуальных слов о том, какое место Израиль занимает в стратегических 
планах империалистических держав, посол отметил «отказ правящих кругов страны 
от „жесткого“ курса Бен-Гуриона и замену его более гибкой внешнеполитической 
линией правительства Эшкола».
 Посольство предложило «внести некоторые коррективы тактического порядка в наши 
взаимоотношения с Израилем с учетом изменившейся за последние годы ситуации» — 
как минимум расширить культурный обмен, установить контакты между общественными 
организациями.
 Кроме того, «по мнению посольства, руководителям арабских стран следует в 
приемлемой форме и с учетом наших отношений с каждым из них разъяснять, что в 
нынешних условиях попытки решить арабо-израильский конфликт силой оружия 
неминуемо были бы использованы империалистическими силами для борьбы с 
национально-освободительным движением в арабском мире…»
 Но именно этим советское руководство вовсе не собиралось заниматься. В Москве 
не хотели мешать арабским странам. Вне зависимости от того, что сообщало 
советское посольство из Израиля, руководствовались мнением Египта и Сирии.
 Двадцать пятого мая шестьдесят шестого года заместитель министра иностранных 
дел Семенов принял израильского посла Каца и зачитал ему заявление: «Советское 
правительство располагает сведениями о концентрации в настоящее время 
израильских войск на границах с арабскими странами. Эта концентрация 
приобретает опасный характер в связи с тем, что она осуществляется одновременно 
с ведущейся в Израиле враждебной кампанией против Сирии…»
 Двадцать восьмого мая появилось заявление ТАСС на ту же тему, составленное в 
очень жестких тонах.
 Премьер-министр Эшкол находился в этот момент в Париже, откуда он должен был 
лететь в Африку. Советские востоковеды на государственной службе не могли не 
понимать, что Израиль не может начать войну в отсутствие главы правительства. 
Так что изначально это была чисто пропагандистская акция, проведенная, надо 
понимать, по просьбе сирийцев.
 Леви Эшкол опроверг сообщения о том, что в армии обороны Израиля отменены 
увольнения и что израильские части концентрируются на границе с Сирией.
 Тридцать первого мая заместитель генерального директора МИД Израиля вручил 
советскому послу ответ на заявление советского правительства. Там говорилось, 
что вооруженные инциденты на сирийской границе возникают в результате «убийств 
и терактов, совершаемых бандами, проникающими с территории Сирии». Кроме того, 
цитировались два майских заявления президента Сирии с призывом начать войну на 
уничтожение еврейского государства.
 А террористические акты против Израиля продолжались.
 Одиннадцатого октября посол Чувахин отправил срочную шифротелеграмму в Москву:

 «Инциденты, имевшие место за последние дни на границах Израиля с Сирией и 
Иорданией, до предела накалили обстановку в стране.
 В ночь с 7 на 8 октября в пригороде Иерусалима Верхняя Ромема произошли три 
взрыва, во время которых были повреждены два жилых дома и легко ранены четыре 
человека.
 По заявлению израильской стороны, расследование показало, что следы 
диверсантов, заложивших взрывчатку, вели к иорданской границе.
 Особо серьезный инцидент произошел поздно вечером 8 ноября в районе Иорданской 
долины, близ поселения Шаар-Хаголан в 1200—1300 метрах от сходящихся здесь 
сирийской и иорданской границ. Как сообщает печать, здесь были произведены 
взрывы сельскохозяйственных построек для того, чтобы привлечь внимание 
израильской погранохраны.
 Прибывший к месту взрыва моторизованный патруль подорвался на мине, причем 
были убиты четверо служащих пограничной полиции… Отмечают, что установлены 
следы трех диверсантов, ведущие к сирийской границе. Эта диверсия, по общей 
оценке, была тщательно подготовлена и по своим масштабам и методам проведения 
значительно превосходит все диверсии подобного рода, отмеченные на 
израильско-сирийской границе за последние годы. (Всего в 1966 году на этой 
границе зарегистрировано 16 случаев закладки мин…)
 Радио Дамаска передало коммюнике арабской террористической организации 
«Аль-Асифа» (в ведении которой находятся «штурмовые группы „Аль-Фаттах“), 
заявляющее, что диверсия в Иерусалиме была осуществлена этой организацией. 
Указывается также на выступления сирийских газет, в частности „Аль-Саура“, 
восхваляющие диверсионные акты против Израиля, проведенные „палестинскими 
отрядами“.

 Аль-Фаттах — так в те годы транскрибировали название боевой организации, 
которую возглавлял молодой Ясир Арафат.
 Советский посол не нашел в себе силы отрицать, что теракты устроены 
палестинскими боевиками. Так что в министерстве иностранных дел, а 
следовательно и в ЦК, прекрасно знали, что палестинцы превратились в 
террористов. Но советские руководители не видели ничего плохого в палестинском 
терроризме.
 Советское посольство в Израиле предлагало:

 «1. Если окажется возможным, то следовало бы обратить внимание сирийского 
руководства… что правительству Сирии следовало бы официально отмежеваться от