«маленькой искусственной планетой» она стала уж вовсе помимо всякой воли людей, 
ее пославших. Просто, уж коли она не попала в Луну, ей ничего не оставалось 
делать, как по воле Солнца превратиться в «маленькую искусственную планету». 
Эта «планета» настолько раззадорила воображение журналистов, что «Луне-1» они 
придумали красивое неофициальное имя «Мечта».

Королев понимал, конечно, что называть «мечтой» лунник-неудачник просто смешно, 
но не возражал. Он не представлял себе, как быстро из этого маленького и в 
общем как будто невинного – ну сказали не всю правду, но не наврали же! – 
семени лжи вырастет целый букет несуразиц и конфузов и как все это потом будет 
его раздражать. Он не глушил новых фанфар потому, что со времени запуска 
третьего спутника они не звучали уже 19 месяцев, а он теперь хорошо знал, как 
нужны фанфары для пользы Дела. Он не пресек ложь потому, что и здесь, как 
всегда, очень точно отражал свое время. А тогда наступало время великого 
шапкозакидайства, время твердых убеждений в том, что любой негативный факт есть 
частность, мелочь, на которую отвлекаться не следует, поскольку это тормозит 
движение народа «к сияющим вершинам коммунизма» – был такой расхожий газетный 
оборот. Королев сумел тогда преодолеть земное притяжение, но преодолеть время 
он не мог.

С Луной все ясно: надо попасть. В ракетной части он проблем не видит. И 
фотографирование лунного затылка – это тоже не ракетный вопрос. В отделении 
прикладной математики уже провели анализ условий фотографирования и выбрали 
самую выгодную траекторию объекта. Значит, все упирается в четкую работу систем 
управления. Решив именно там все проблемы, американцев обогнать можно. Надо 
попробовать...

Как не раз уже бывало на страницах этой книги, начав рассказ об одной программе 
Королева, мы невольно оставляем за его границами другие работы. Надо 
представлять, что увлечение Луной не приостановило его оборонных программ, не 
сузило его, буквально с каждым часом расширяющихся планов по созданию 
космических новинок. В 1958-1959 годах Сергей Павлович наряду с лунниками 
работает над космическим кораблем для полета человека, разрабатывает новый 
вариант трехступенчатой «семерки» для этого корабля, конструирует межпланетные 
станции для стартов к Венере и Марсу, начинает проработку вариантов стыковки 
космических объектов на орбите[182 - Эти проекты Сергея Павловича в том или 
ином виде осуществлены уже после его смерти], ведет со старым другом 
планеристом Павлом Цыбиным, возглавляющим авиационное ОКБ-256, переговоры о 
разработке эскизного проекта космического самолета[182 - Эти проекты Сергея 
Павловича в том или ином виде осуществлены уже после его смерти], начинает 
работы над эскизным проектом суперракеты Н-110. И все-таки Луна в эти годы была 
главным. В 1958 году разворачивается настоящая лунная гонка.

В США понимали, что посылка ракеты на Луну может в какой-то степени 
компенсировать их отставание в космосе. Американская космонавтика переживала 
период административной реконструкции – трудно представить себе более 
неподходящее время, чтобы догонять. Ракетами занимались и армия, и флот, и 
военно-воздушные силы – все помаленьку. И все они здорово приуныли, когда в мае 
1958 года пришло сообщение о запуске нашего третьего спутника-гиганта. 
Специалисты быстро подсчитали, что ракета, которая подняла в космос такой 
спутник, может послать на Луну аппарат, в 30 раз более тяжелый, чем тот, 
который собирались пустить в США. В перспективе опять конфуз. Ясно, что догнать 
русских можно, лишь объединив усилия. Однако идея объединения не находит 
поддержки у военных: каждый хочет командовать сам, а не слушать чужие команды. 
Только в июле 1958 года конгресс принимает закон о создании Национального 
управления по аэронавтике и исследованию космического пространства (НАСА). Но 
закон – это бумага. НАСА формально уже существует, но ВВС 17 августа пытаются 
запустить свой лунник. Через 77 секунд после старта ракета взорвалась. 11 
октября повторный запуск поначалу кажется вполне успешным: лунник уходит на 
огромное расстояние от Земли – 114 тысяч километров, но разогнаться до второй 
космической скорости ракета не смогла, и лунник превращается в спутник с очень 
вытянутой орбитой.

7 ноября ВВС была предоставлена последняя возможность достичь Луны, но и на 
этот раз ракета не набрала нужной скорости. Терпение НАСА лопается: лунная 
программа ВВС передается группе фон Брауна, который ровно через месяц тоже 
терпит неудачу.

Королев внимательно наблюдает за всеми этими попытками. Американцы застряли на 
первой ступеньке лестницы к Луне: не могут разогнать ракету до второй 
космической и только об этом и думают. Разогнаться легче, чем попасть. Но ведь 
и он пока разогнаться не может – в Тюратаме началась новая черная полоса: 
попытка запустить очередной лунник в конце лета закончилась неудачей. Но это 
была уже неудача какой-то новой разновидности: начали барахлить двигатели 
третьей ступени. Косберг не мог разобраться, и все валили на производственников,
 сдают-де дефектные двигатели. Вопрос разбирался в военно-промышленной комиссии 
Совета Министров. Все склонялись к тому, что программу надо отложить. Королев 
понимал, что в этом случае американцы его обгонят. Он произнес страстную речь и 
обещал в кратчайшие сроки навести порядок на опытном заводе. Спасая программу, 
он сознательно подставил под удар Ключарева – своего начальника ОТК[183 - Отдел