создает двигатель РД-1 с тягой в триста килограммов, работавший на тракторном 
керосине и азотной кислоте. С начала 1942 года он проводит целую серию 
испытаний на стенде и добивается, что камера не прогорает и через 70 минут 
после запуска, причем непрерывно двигатель работал 40 минут, пока не 
опорожнились баки.

Вот обо всем этом и узнал в Омске Королев, узнал и потерял покой.

Валентин Петрович Глушко рассказывал мне, что Королева он хотел вытянуть к себе 
еще с Колымы, но Туполев перехватил его. В автобиографическом очерке «Рождение 
мечты и первые шаги» Глушко пишет:

«По моему ходатайству на работу в наше ОКБ был направлен С.П. Королев. Он 
горячо взялся за руководство разработкой установки наших двигателей на 
самолетах и проявил в этой работе блеск своего таланта. С 1942 по 1946 год С.П. 
Королев был заместителем Главного конструктора двигателей по летным испытаниям».


Во всех своих статьях и книгах, в редактируемой им энциклопедии «Космонавтика», 
везде, где возможно, Валентин Петрович непременно подчеркивает: Королёв был его 
заместителем. Наверное, это очень льстит его самолюбию. Но что правда, то 
правда: Глушко у Королева заместителем не был, а Королев у Глушко был!

Да, был, и был необыкновенно счастлив! Словно истомленный жарой человек, 
нырнувший в прохладную речку, бросился он в мир своих долгожданных ракет. 
Теперь он не знал ни выходных дней, ни обеденных перерывов. «Его все называли 
неугомонным, – вспоминает библиотекарша заводоуправления Лидия Павловна Палеева.
 – Его жажда знаний удивляла нас. Мы еле успевали подбирать для него 
необходимые материалы...»

Королева очень интересовали новые разработки Глушко. Он понимал, насколько 
важно сейчас, в военное время, отработать надежный и мощный ускоритель на 
жидком топливе. И, тем не менее, буквально с первых своих дней в Казани он 
снова начинает борьбу за ракетоплан. Очевидно, за все эти годы мечта о 
заатмосферном самолете не оставляла его. Едва расположившись, оглядевшись и 
разобравшись, чем конкретно на сегодняшний день располагает Глушко (а 
располагал он перспективным, но очень еще сырым двигателем), Королев пишет 
весьма солидную служебную записку: «К вопросу о самолете-перехватчике РП с 
реактивным двигателем РД-1». Стиль знакомый – автор сразу берет быка за рога:

«Ознакомление с реактивными двигателями показало, что в ближайшее время вполне 
возможно и необходимо использование этих двигателей на самолетах.

При обеспечении необходимых условий такие самолеты могут быть осуществлены в 
короткие сроки и с большим эффектом применены в войне против Германии».

Прекрасно понимая, сколь велика ответственность за выполнение оборонных заданий 
в военное время, Королев, тем не менее, назначает сам себе сроки невероятно 
жесткие. «В декабре месяце с.г., – пишет он 16 декабря – РД-1 поступает на 
испытания. В течение I квартала 1943 года двигатель будет отрабатываться, после 
чего он может быть установлен на самолет ориентировочно 1/V-1/VI-1943 г.».

. Далее в записке он сжато излагает историю вопроса, рассказывая о своем РП-318,
 о полете Федорова, дает краткое описание перехватчика, предварительные 
расчетные данные, оговаривает вооружение (две пушки и пулемет), уточняет 
особенности производства. В приведенных таблицах, конечно, есть цифры, как 
говорится, «среднепотолочные». Королев считает, например, что максимальная 
скорость перехватчика превысит тысячу километров в час (»...на основании 
расчетов с учетом поправки по Берстоу получается 1000 км/час во всех случаях»), 
не зная, что он переступает тем самым звуковой барьер, предъявляющий особые 
требования к конструкции самолета. В заключение – опять-таки уже известный 
всесокрушающий королевский напор: «Предлагаемый самолет-перехватчик РП с 
реактивным двигателем РД-1 является представителем нового класса 
сверхскоростных высотных истребителей».

Он видит свою машину во всех деталях и пишет о ней, как о чем-то реально 
существующем: «РП обладает (уже обладает! – Я.Г.) исключительно высокими 
летными и тактическими качествами и мощным вооружением, что при сравнительно 
большой для реактивных машин продолжительности полета позволит ему решить 
многие недоступные для винтомоторных самолетов тактические задачи.

РП может (уже может! – Я.Г.) догнать и уничтожить любой современный скоростной 
самолет, летящий на сколь угодно большой высоте и попавший в зону его действия».


Но и этой вновь выдвинутой Королевым идее ракетоплана не суждено было 
осуществиться. Первый раз ее погубил Сталин, посадив конструктора (и еще 
несколько тысяч конструкторов) в тюрьму. Второй раз – два молодых, очень 
талантливых инженера, никогда не слышавших ни о РП-318, ни о его авторе.