Теперь Королев стоял у стены, а следователь сидел за столом.

– Значит так, – сказал следователь безо всяких следов прежней ярости в голосе, 
очень буднично и делово. – Будешь стоять на «конвейере» до тех пор, пока не 
подпишешь показаний.

Королев стоял до вечера. Есть не давали, пить не разрешали. Вечером пришел 
другой следователь, совсем молоденький, лет двадцати двух, не старше, с 
красивой русой кудрявой головой.

– Зачем вы себя мучаете? – спросил он Королева. – Ну, вот же черным по белому 
написано, что вы – вредитель. Вы поймите, вы – уже вредитель, это уже доказано 
следствием, понимаете? А ваше признание – вещь формальная. Вы полагаете, что, 
упираясь, вы делаете себе лучше? Поверьте мне, все как раз наоборот. Не помогая 
следствию, вы, прежде всего не помогаете себе. Неужели вам не ясно? Подпишите, 
и дело с концом...

– Что такое «конвейер»? – тихо спросил Королев.

– «Конвейер», – с улыбкой объяснил кудрявый, – это значит, вы будете стоять, а 
мы сменяться.

– Как это?.. – не понял Королев.

– Нас будет трое. Мы тут будем круглосуточно. Неужели вам не ясно? Советую 
подписать..

Он не пугал, действительно так и было: вечером пришел еще один, а рано утром 
снова тот, первый, симпатичный.

– Стоим? Молчим? – начал он весело. – А что вы такой скучный, невеселый? Небось,
 смеялись, когда ракеты разбивали вдребезги, когда ракетный самолет, опытную 
модель со своим дружком сожгли! – Чем больше он говорил, тем больше распалялся, 
свирепел. – Тогда, наверное, от души хохотали, а теперь вот, когда всей вашей 
банде хвост прижали, сразу вдруг погрустнели. Сейчас я вас пробочкой подбодрю...


В ящике письменного стола у него лежала разная пыточная мелочь: куски резиновых 
шлангов с металлом внутри, плетенки из кабеля со свинцовой изоляцией, 
бутылочные пробки со вставленными внутрь булавками так, что жало выходило 
наружу на два-три миллиметра.

Следователь тыкал пробкой в живот и шипел прямо в лицо:

– Напишите, кто вас завербовал... Просто на клочке бумаги.. Протокол составлять 
не будем... Все между нами останется... Ведь Клейменов вербовал вас? Ведь так?..


Потом вдруг снова, словно клапан какой срабатывал, срывался в крик:

– Почему молчишь, тварь?! Думаешь, нам нужны твои показания? Есть у нас 
показания!

И снова вкрадчиво:

– Это глупо: отпираться от вещей очевидных. Вы же инженер, можете рассуждать 
логично. Ну, давайте вместе разбираться. Вы работали в НИИ-3?

– Работал.

– Институтом руководил Клейменов. Троцкист. Немецкий шпион. Вредитель. Это он 
сам признал. Вы выполняли его указания?

– А как же можно не выполнять указаний начальника института, в котором ты 
работаешь?

– Вопросы задаю здесь я. А вы – отвечаете. Вы выполняли указания Клейменова?

– Выполнял.

– Слава богу! Вы понимаете, что, выполняя вредительские указания, вы тем самым 
совершали вредительство?

– Но ведь весь институт, так или иначе, выполнял указания Клейменова...

– Я не спрашиваю обо всем институте. С институтом мы еще разберемся. Вы за себя 
отвечайте. Вот ваш дружок Глушко понял, что запираться глупо и честно пишет: 
«Вел подрывную работу по развалу объектов, необходимых для обороны страны с 
целью ослабления мощи Советского Союза, тем самым подготовлял поражение СССР в 
войне с капиталистическими странами... Сорвал снабжение армии