Дюран-Рюэль.
       Но это ощущение родства вовсе не предполагало слепого копирования. 
Используя опыт 
предшественников, импрессионисты трактовали проблему реализма исключительно по-
своему. 
Это сразу же становится очевидным, если сравнить их метод с методом Курбе и 
барбизонцев. 
Реализм последних статичен. В человеческом характере и природе они старались 
отыскивать 
наиболее постоянные моменты, способные противостоять изменчивости среды и 
времени. Руссо 
писал: "Дерево, которое шумит, и вереск, который растет, - для меня великая 
история, которая не 
меняется". Такой характер мышления делал логичным их тяготение к уединению в 
провинциальной глуши с ее устойчивым и неменяющимся бытом. Отсюда и неприязнь к 

изменчивой и динамичной жизни Парижа, который казался им новым Вавилоном, 
вертепом 
современной цивилизации, разрушающей патриархальную жизнь природы и человека, - 

позиция, 
которую трудно назвать перспективной. Импрессионистам такой взгляд на мир был 
глубоко чужд. 
Их восприятие живее и динамичней. В нем больше творческого темперамента. "Твоя 
цель, о 
художник, - это живое и реальное общение с внешним миром и господство над ним, 
и 
от этого 
любовного слияния с природой возникает новое существо, творение, в котором 
видны 
черты отца 
и матери - природы и художника..."
       Импрессионисты в большей степени, чем их предшественники, последовали 
этому 
призыву Торе. Творческая взволнованность, многообразие обликов и состояний, 
неисчерпаемая 
наполненность и неповторимость мгновений, радость и тревожность постоянных 
изменений в 
природе и человеке - все это сделалось самой сутью их видения мира. Городским, 
сельским ли 
был сюжет - это не имело для них никакого значения. Они абсолютно убеждены в 
равноправии 
любого аспекта современности. В каждой изображаемой ситуации они в первую 
очередь 
стремились запечатлеть черты индивидуально-неповторимого, проявляющегося в 
своеобразии 
каждого мгновения. Отсюда их сугубый интерес к оттенкам, нюансам, едва заметным 

движениям 
души, к изменчивой, подвижной стихии обновления в природе, ко всему, что 
помогало им 
воплощать увлекательное многообразие мира. В их видении отчетливо соединялись 
две 
тенденции: тяготение к точному анализу действительности, не оставляющему в ней 
ничего не 
замеченного, придающему глазу художника почти фантастическую зоркость, и 
всепоглощающее 
чувство единства жизненного потока, поэтического дыхания жизни.
       Каждому из них она виделась по-разному. Мане, например, необыкновенным 
образом 
умел соединить в своих героях цельность натуры, лиризм и душевную тонкость, 
проявляющиеся в 
самой прозаической и банальной ситуации. Взгляды на жизнь Дега пессимистичнее и 

скептичнее, 
в его картинах в поэтический мир вторгаются грубые разрушительные силы 
реальности, 
привносящие в бытие "маленького человека" драматическую интонацию. Что касается 

Ренуара, то 
он считал своим моральным долгом отыскивать в любом человеке и ситуации, сколь 
бы 
мгновенной она ни была, счастливые минуты жизненной полноты, радости 
поэтического озарения, 
трепетного света молодости.
       Первые шаги Ренуара в искусстве типичны для будущего импрессиониста. В 
его ранних 
картинах желание видеть современность по-новому соединяется с ощутимым влиянием 

предшественников. В пейзажах, например, это выражалось в желании воспринимать