| |
безразлично... Я
вернусь (в Париж) 1 октября. Постараюсь закончить многие вещи, сократить мои
расходы и т. д.".
Подобно многим нервным людям, остро реагирующим на все, Ренуар быстро
оправился от
угнетенного состояния. Достаточно было ему вновь сесть к мольберту, увидеть,
как
вновь
повторяется привычное чудо творчества, и он воспрянул духом. Он страдал,
болезнь
уродовала
его руки, но он по-прежнему мог писать картины, а пока он может писать, ничего
не потеряно.
Спустя пять дней после того, как он послал это письмо Дюран-Рюэлю, Ренуар
написал Жюли
Мане записку в совершенно ином тоне, из которой видно, что он ясно осознал свою
участь и
принял ее. "Я должен смириться, - писал он девушке, - я в западне. Болезнь
развивается
медленно, но верно. В будущем году мне будет хуже, а дальше - еще и еще. К
этому
надо
привыкнуть - и дело с концом".
Еще больше подстегнул его творческий энтузиазм успех в осеннем Салоне.
Помимо
посмертной выставки Тулуз-Лотрека, умершего три года назад, Салон предлагал
вниманию
посетителей еще два зала: зал Сезанна и зал Ренуара. В каждом из них было по
три
десятка картин.
Работы Сезанна по-прежнему вызывали яростные нападки 1, зато картины Ренуара
нравились
почти всем. Теперь уже было очевидно: Ренуара считали одним из крупнейших
мастеров
современной живописи.
1 См.: "Жизнь Сезанна", ч. V, гл. 5.
Художник вновь окунулся в работу с пылом, который рождает одна лишь
страсть. Когда в
сентябре, в дни уныния и тоски, он писал Дюран-Рюэлю, что, возможно, скоро
оставит работу, он
не принимал в расчет своей любви к живописи. Живопись - главная страсть его
жизни, радость
его, но также и сила.
Она будила в нем неодолимую потребность творчества, и он должен был
отыскать способ
ее удовлетворить. Оставить работу! Как будто он согласится на это, пока жив!
Перестать творить
- разве это не значило для него перестать жить? Движимый потребностью
творчества, он отвечал
на каждый приступ своего недуга новым напряжением сил. Воллар настойчиво просил
Ренуара
сделать несколько литографий. Поначалу художник отказывался: он плохо знал это
дело; он даже
накричал на торговца картинами, но затем, ворча, согласился. Исполняя
навязанную
ему работу,
он создал с десяток вещей, в том числе портреты Воллара и Вальта 1.
1 В 1919 году Воллар издал альбом этих литографий.
Ревматизм, уродовавший его пальцы, принуждал его к новым условиям работы,
и к этому
надо было привыкнуть. Сегодня он уже не мог бы написать в духе Энгра своих
"Больших
купальщиц". Его мазок становился все шире. Это могло бы иметь, печальные
последствия. Но
этого не случилось: вызванное необходимостью изменение стиля отвечало главной
особенности
личности Ренуара, человека необыкновенно впечатлительного, чуткого к внешним
влияниям,
словно бы стремящегося раствориться в общечеловеческом. Сковав его возможности,
болезнь
побудила его раскрыть в себе самое сокровенное, глубже всего запрятанное. Под
его кистью
женщины, цветы и листья отныне все больше сливаются в единую трепетную массу,
сверкающую,
|
|
