марта, за 
три дня до заседания Консультативного комитета, Теодор Дюре, оказавшийся в 
стесненных 
обстоятельствах, распродал на публичном аукционе в галерее Жоржа Пти свою 
коллекцию картин. 
Ружон приобрел на этих торгах, правда и на этот раз по настоянию Малларме, 
картину Берты 
Моризо, не входившую в коллекцию Кайботта.
       Распродажа этой коллекции, включавшей преимущественно картины Мане и 
импрессионистов, сопровождалась поразительным успехом. Картина Мане - 
великолепный 
портрет Берты Моризо под названием "Отдых" - была продана за 11 тысяч франков, 
картина 
Моне "Белые индюки" - за 12 тысяч. Но самой большой неожиданностью было то, что 

один из 
любителей живописи заплатил 800 франков за картину Сезанна!.. "Молодая женщина 
на балу", 
картина Берты Моризо, та самая, которую через посредничество Ружона приобрело 
государство, 
была оценена в 4500 франков 1.
       Разгорелись страсти. Распродажа в галерее Пти взбудоражила клан 
"академиков": в их 
глазах был недопустим сам факт приобретения государством картины Моризо. Что ж, 

выходит, 
теперь благодаря дару Кайботта импрессионисты заполнят Люксембургский музей? В 
печати 
стали появляться негодующие статьи. Былая вражда, казалось бы уже изжитая, 
вспыхнула вдруг с 
новой силой. По правде сказать, в этом смысле поклонники импрессионизма никак 
не 
отставали от 
его хулителей. Газета "Монитер" начиная с 24 марта неоднократно выражала 
пожелание, чтобы 
представители академической живописи как можно скорее были изгнаны из 
Люксембургского 
музея и отправлены "куда-нибудь в захолустье".
       8 апреля весьма конформистская газета "Ле Журналь дез артист" 
опубликовала ряд 
чрезвычайно резких ответов на проведенный ею опрос, в частности заявление 
Жерома, назвавшего 
все картины из коллекции Кайботта "дерьмом". "Повсюду царит анархия, и ничего 
не 
предпринимается для ее обуздания! " - восклицал он, в своей злобе пользуясь 
словом "анархия" 
как жупелом, поскольку в ту пору бесконечных террористических актов оно пугало 
людей. В 
декабре Вайан бросил бомбу в палате депутатов, другая бомба взорвалась в 
феврале 
в кафе 
"Терминюс" на вокзале Сен-Лазар 2.
           1 Эти суммы соответствуют 27500, 30000, 2000 и 11250 современных 
франков.
           2 См. ответы на вопросы газеты "Ле Журналь дез артист" в книге 
"Жизнь 
Сезанна", ч. IV, гл. 4.
       
       Чиновники департамента искусств хранили молчание. 27 апреля министерство 

приняло 
дар наследников Кайботта - его картину "Паркетчики", но ни единым словом не 
обмолвилось о 
судьбе всей коллекции.
       Ренуар и Марсиаль Кайботт терпеливо дожидались решения официальных 
инстанций. Во 
время одного из своих визитов к Берте Моризо Ренуар набросал портрет Жюли, ныне 

большой 
девочки - ей шел шестнадцатый год. Подумав, Ренуар решил одновременно с Жюли 
написать 
также ее мать, Берту. Он пригласил обеих к себе в мастерскую на улице Турлак. 
Мать и дочь 
позировали художнику два раза в неделю, по утрам. Иногда Ренуар водил их 
обедать 
в Замок 
туманов.
       Отношения Ренуара с Бертой были отмечены дружеской сердечностью, 
взаимным