понимать, что отныне над его жизнью нависла постоянная страшная угроза. 
Декабрьский 
припадок не был, как он надеялся, случайностью, "причудой художника": это 
серьезное 
психическое заболевание. И однако, писал Винсент, "зачастую я чувствую себя 
вполне 
нормальным". В полном смятении он не знал, как поступить.
     Может, его место в психиатрической лечебнице? Винсент согласен, чтобы его 
туда 
поместили. Но при одном условии, с достоинством оговаривает он: Винсент требует 

"как 
художник и рабочий", который до сих пор в своем труде сохранял полную ясность 
ума, чтобы 
его предупредили заранее и заручились бы его согласием. Впрочем, ему не 
хотелось 
бы уезжать 
из Арля, признается он. В Арле у него есть друзья, и поэтому он даже как-то 
сроднился с 
городом. Пусть арльские обыватели недолюбливают художников, рассказывают 
невесть 
что о 
"мазилах" - каких только пошлостей не слышал Винсент о себе самом, о Гогене и о 

живописи 
вообще! - все-таки Винсент здесь не совсем одинок. Хотя, казалось бы, где ему 
может быть 
хуже, чем здесь, "где я уже дважды побывал в палате для буйных?" - с горечью 
замечает он.
     Между тем, пока Винсент болел, пришло письмо от художника Конинка. Конинк 
сообщал 
Винсенту, что собирается приехать к нему в Арль со своим приятелем. Ни в коем 
случае! 
Южной мастерской больше не бывать! Разве Винсент может теперь приглашать в Арль 

кого-нибудь из художников? Нет, никогда!
     Бедная мастерская! Винсенту снова разрешили выйти из больницы и 
возвращаться туда, 
только чтобы есть и спать. Первым делом он отправился к себе домой. Но что за 
разгром он там 
застал! В его отсутствие произошло наводнение. На стенах дома, который все это 
время не 
отапливался, выступила вода и селитра. Картины Винсента валялись на полу в 
грязи. "Это 
сильно подействовало на меня, - писал он. - Разорена не только сама мастерская, 

но погибли 
и картины, которые служили бы воспоминанием о ней, и поправить это нельзя, а я 
так хотел 
создать что-то простое, но долговечное".
     Если бы только он мог зарабатывать себе на жизнь! После декабрьского 
припадка 
Винсент надеялся, что наступающий год будет более спокойным. Но все рухнуло. И 
вот 
наконец 21 февраля - ровно год назад Винсент приехал в Арль полный надежд - 
Винсент 
вновь взялся за кисть. Он начал четвертый вариант "Колыбельной".
     Тео хотел, чтобы брат жил поближе к нему, и предложил Винсенту приехать в 
Париж, но 
Винсент ответил: "Суета большого города не для меня".
     Следуя советам Рея, Винсент совершает прогулки. Дни стоят солнечные и 
ветреные. 
Иногда за Винсентом увязываются мальчишки, они кричат ему вслед: "Тронутый!" - 
и 
бросают в него камнями. Винсент спасается бегством, прячется. Нет, в самом деле,
 
Арль - 
город безумцев, все его обитатели не в своем уме. И эти оголтелые мальчишки!.. 
"В здешних 
краях иногда случается, что на всех жителей нападает внезапный страх, как в 
Ницце во время 
землетрясения, - рассказывает Винсент брату. - Вот и сейчас весь город в какой-
то тревоге, 
никто не может объяснить почему, а я вычитал в газете, что как раз неподалеку 
отсюда снова 
были небольшие подземные толчки".
     Дети кричат: "Тронутый!" И о том же шепчутся жители Арля, когда Винсент с 
перевязанным ухом проходит по улицам в своей меховой шапке, в одежде, 
испачканной 
краской. Каждый знает его историю -скандальную историю, в которую замешана