буржуа ... 
Если я доживу до преклонных лет, я стану вроде папаши Танги". Но он тщетно 
хитрит. Ему не 
удается скрыть свой страх. Где Гоген? Почему он не едет? Ведь если Гоген 
поселится в Арле, 
они оба вкусят наконец "чувство семейного очага", которое внесет покой в их 
души, в душу 
Винсента, "привычным, успокоительным обликом окружающих предметов".
     Винсент все еще не знает, принял ли Гоген окончательное решение 
перебраться 
в Арль. 
Тем не менее он спешно приводит в порядок мастерскую, убежище на зиму, - ведь 
зима-то не 
преминет явиться в Арль. Один из дядей Винсента и Тео умер, оставив наследство, 

и Тео мог 
прислать Винсенту перевод на целых триста франков, чтобы он обзавелся кое-какой 

мебелью. 
Винсент купил две кровати, два стула и "необходимые мелочи". Кроме того, он 
купил комод, а 
в мастерской и в кухне поставил газовую плиту. Стены мастерской и других комнат 

он увешал 
японскими гравюрами, репродукциями с картин Делакруа и Домье, Жерико и Милле, 
но 
главное, ему хотелось украсить их своими собственными законченными и еще не 
завершенными работами.
     В последнем своем письме Гоген написал Винсенту, что приедет в Арль сразу, 

как только 
кое-что распродаст. Тео обещал ему содействие. А стало быть, Гоген вот-вот 
приедет . 
Винсент "с огромным волнением" заканчивает приготовления к приезду гостя и с 
еще 
большим 
пылом, чем прежде, окунается в работу. Приезд Гогена, о котором он так мечтал, 
поднимает его 
дух. Правда, Винсент снова оказался без гроша. "Ты спрашиваешь, куда ушли 
краски? Ты прав, 
каюсь, но, по правде говоря, мое самолюбие тешит мысль, что я произведу на 
Гогена некоторое 
впечатление своими картинами, и поэтому мне хочется до его приезда, пока я один,
 
работать 
как можно больше".
     Перед Гогеном, художником, твердо знающим, чего он хочет, Винсент 
преисполнен 
самоуничижения. Он заранее объявляет Гогена главой Южной мастерской, надеясь, 
что в этой 
мастерской в дальнейшем будут работать и другие художники: Эмиль Бернар, Сёра 
или друг 
Гогена Шарль Лаваль.
     "По сравнению с Вашими мои взгляды на искусство на редкость ординарны, - 
пишет 
Винсент Гогену. - Мне всегда были свойственны грубые плотские устремления. Я 
забываю 
обо всем ради внешней красоты вещей, которую не умею передать,  на моих 
картинах 
все 
получается безобразно и грубо, а природа кажется мне совершенной".
     Понравятся ли Гогену его картины? Винсент старается превзойти самого себя. 

Он живет 
одной мыслью: произвести благоприятное впечатление на Гогена - и предается 
оргии 
красок и 
холстов. Он пишет осенние сады, несколько видов городского сада в Арле ("Сад 
поэта"), 
тарасконский дилижанс, свою спальню ("Желтая комната"), красные виноградники, 
виноградники "зеленые, пурпурные, желтые, с фиолетовыми гроздьями, с черными и 
оранжевыми побегами..."
     Деньги, полученные от Тео, в мгновение ока улетучиваются в этом живописном 

неистовстве.
     "А ведь я дал себе слово, что не буду работать. Но каждый день повторяется 

одно и то же: 
то, что я вижу вокруг, так прекрасно, что я не могу не попытаться это написать".