деньгах. На работы, подписанные Ван Гогом, по-прежнему нет спроса, а живопись, 
не 
приносящая дохода, пожирает уйму денег.
     Чтобы раздобыть немного денег, Винсент иногда сердито хватает в охапку 
несколько 
своих полотен и несет их старьевщику, который потом перепродает их как "бывший 
в 
употреблении холст", на котором можно писать снова. Злая насмешка судьбы! 
"Тамбурин" 
обанкротился, и все, что в нем находилось, описано и продано с молотка тут же 
на 
улице. 
Картины Винсента (он их так и не взял), связанные по десять штук, пошли с 
торгов 
"от 
пятидесяти сантимов до одного франка за десяток" . Злая, злая насмешка! 
Бессмысленный, 
тщетный труд! Обидное топтание на месте! Правда, Тео попытался выставить в 
своей 
галерее 
две-три картины брата, но посетители, глядя на работы Винсента, с 
недвусмысленным 
выражением качали головой, и даже художники, которым покровительствовал Тео, 
считали, 
что Тео не должен подвергать риску их ничтожную надежду на успех, поддерживая 
подобные 
"экстравагантности" . Само собой разумеется, Винсент тяжко переносил 
незаслуженные 
унижения. Его гнев обращался против Тео, он брюзжал и негодовал. Тяжелая зима!
     И вдруг однажды февральским вечером Винсент объявил Эмилю Бернару: "Завтра 

я 
уезжаю, мы с тобой приведем мастерскую в такой вид, чтобы брату казалось, будто 

я не 
уезжал".
     Друзья поднялись по лестнице в квартиру. Мастерская вопреки обыкновению 
была 
прибрана: Винсент натянул холсты на подрамники, другие картины составил 
штабелями у стен, 
увешанных японскими гравюрами. Винсент передал свернутые в рулон японские 
гравюры 
Бернару - это его прощальный подарок. "Еду на юг, в Арль", - объяснил Винсент 
своему 
молодому другу, выразив надежду, что в один прекрасный день Бернар тоже приедет 

туда. 
"Мастерскую будущего надо создавать на юге", - объявил Винсент.
     Выйдя из дому, друзья простились на авеню Клиши, Малом Бульваре. За 
несколько часов 
до этого Винсент побывал в мастерской Сёра, как бы бросив прощальный взгляд на 
все, что он 
покидал. Теперь Винсент затерялся в толпе, которая в этот серенький день 
заполнила улицы 
Парижа, - душой он был уже далеко от этой толпы, от Парижа, вновь уносимый 
своей 
судьбой 
отшельника за тридевять земель от того, что он пережил и перечувствовал в этих 
краях. 
Голландия была его прошлым, но и Париж был только сегодняшним днем. Винсент шел 

навстречу будущему, которое еще не настало, к тому, чему его не мог научить ни 
один великий 
художник мира. Тайны живописи будущего, своей собственной живописи, если ей 
суждено 
родиться, он должен открыть в самом себе, взрастить это искусство в своей душе, 

лицом к лицу 
с солнцем, предоставленный своим собственным силам, в одиночестве, один на один 

с 
бесконечностью и загадками мироздания .
     
III. АРЛЬ ЯПОНСКИЙ
     
    Полдень - время самой короткой тени, конец самого долгого 
заблуждения, мгновение кульминации человечества.
    Ницше "Сумерки идолов"
     
     Когда 21 февраля Винсент приехал в Арль, все вокруг было покрыто слоем