части, 
мешали быть самим собой - его техника усложнилась. Он был взвинчен, возбужден, 
растерян, 
обескуражен. К тому же здоровье его вновь пошатнулось. Вновь появились боли в 
желудке, 
Винсент чувствовал, что дошел до предела моральных и физических сил. Художники 
его 
раздражали: их преследуют обыватели-буржуа, но сами они в душе такие же 
обыватели. 
Недаром они никогда не признавали Винсента своим - он не принадлежит к их клану.
 
Ему 
надо бежать от этих художников, от импрессионизма, бежать подальше, на юг, в 
Японию - 
туда, где солнце, таинственное и ослепительное божество, самодержавно царит над 

всем, 
налагая на все сущее печать своей победоносной власти. Свет и ясность. Свет юга.
 
А юг 
Франции - разве это не та же Япония? Разве эти края не похожи как две капли 
воды 
на ту 
землю, где работали Хирошиге, Утамаро и Хокусаи, "старик, одержимый рисунком"?..
 
Винсент 
предается мечтам о юге, забывая о своих парижских разочарованиях. На юге можно 
основать 
мастерскую - Южную мастерскую, братскую ассоциацию художников, которые станут 
жить 
по образцу японцев и будут стремиться достичь удивительной простоты искусства 
Востока...
     В Париж возвратился Тео. Наступили холода. Винсент почти не выходит из 
своей 
мастерской. Он пишет. Пишет натюрморты, женщину у колыбели. Снова пишет портрет 

папаши Танги, огромное полотно, в котором как бы подводит итог своей нынешней 
манере, 
своим исканиям, достижениям и устремлениям: папаша Танги изображен здесь на 
фоне 
японских гравюр . И он пишет автопортрет, всматриваясь в свое собственное лицо: 

упрямый, 
убегающий назад лоб, рыжеватая бородка, кустистые брови, тяжелый, со странным 
блеском 
взгляд. Винсент часто всматривается в свои черты, постоянно исследует их , 
словно проверяя, 
не стал ли он другим, не потерял ли себя в итоге всего, что он пережил, испытал 

и изведал. А на 
улице стоит зима, зима, которую он всегда переносит с трудом. Винсент то 
впадает 
в 
депрессию, то предается вспышкам неожиданного гнева, с каждым днем становясь 
все 
более 
раздражительным и нетерпимым. Парижский опыт уже исчерпал себя. Импрессионизм - 

это 
только "стремление к великому". Но в чем состоит "великое"? На поиски его и 
устремляется 
отныне Винсент в новой отчаянной попытке превзойти самого себя.
     Солнце! Южные края! Теперь у Винсента одно желание - поскорее уехать из 
Парижа, от 
унылого парижского неба и, по его собственному выражению, "помериться кистью с 
солнцем". 
Но куда направить свои стопы? Поехать в выжженную солнцем Африку? Такое далекое 

путешествие нелегко осуществить. Тогда, может быть, в Прованс. Но в какой 
город? 
Только не 
в Экс - это вотчина Сезанна. Тогда, может быть, в Марсель, где творил 
Монтичелли, каждое 
полотно которого находило и находит отклик в душе Винсента? Но в Марселе 
Средиземное 
море, огромное классическое море, которое отпугивает Винсента.
     Однажды Тулуз-Лотрек рассказал Винсенту о городе Арле. Жизнь там как будто 

недорогая. А для Винсента это очень существенно, потому что он, как всегда, 
нуждается в