это «Премудрость Божия». 
В  духовном  стихе  повествуется  о  захвате  власти  на  Руси 
«басурманином  царищем  Демьянищем»,  образ  которого  соотносим  с 
историческим  лицом —  императором  Диоклетианом.  Демьяни-ще 
нападает  также  на  Иерусалим,  разрушает  его  и  под  угрозой  смерти 
предлагает  Егорию  отречься  от  христианской  веры.  Чтобы  заставить 
Егория  перейти  в «басурманскую»  веру,  его  пилят  пилами,  рубят 
топорами,  варят  в  смоле, но, несмотря на мучения, Егорий продолжает 
молиться — «петь  стихи  херувимские,  произносить  все  гласы 
ангельские».  Ничего  не  добившись,  Де-мьянище  бросает  Егория  в 
глубокий  погреб  на 30  лет.  По  прошествии  этого  времени  святой 
освобождается  чудесным  образом:  во  сне  ему  является  Богородица  и 
сообщает,  что  он  за  свои мучения  удостоен Царства Небесного.  Тут же 
по  Божьему  повелению  буйные  ветры  разметали  двери  и  запоры 
Егорьевой  темницы.  А  сам  Егорий  по  благословению  матери 
отправляется на Русь утверждать христианскую веру. Проезжая по Руси, 
Егорий  именем  Божиим  заново  устраивает  землю,  как  когда-то,  до 
прихода «басурманина», ее создал Бог. По повелению Егория дремучие 
леса  расступаются,  высокие  горы  расходятся,  и  на  их  месте  встают 
соборные  церкви.  Чтобы  окончательно  освободить  Святую  Русь  от 
«басурманства», Егорий Храбрый приезжает в Киев, вступает в поединок 
с Демьянищем и побеждает его. 
«Чудо  Георгия  о  змие»  из  эпизода жития  святого  превратилось  в 
самостоятельный  сюжет  и  стало  популярной  темой  не  только  в 
древнерусской  литературе,  но  и  в  иконописной  традиции.  Св.  Георгия 
изображали  на  иконах  не  только  в  образе  юного  воина  в  доспехах,  с 
копьем в одной руке и мечом — в другой, но и как всадника на белом 
коне,  побивающего  копьем  змея.  Сюжет «Чудо  Георгия  о  змие»  на 
иконах часто располагали в окружении сцен мучений святого. 
Православная  церковь  дважды  в  год  чтит  память  святого 
великомученика Георгия Победоносца. В народе говорили: «На Руси два 
Егория: один холодный, другой голодный». Первый день — 23 апреля / 6 
мая —  был  установлен  церковью  еще  в  эпоху  раннего  христианства  в 
память  о мученической  смерти  святого. Народные  называния  этого  дня 
— «Егорий Вешний», «Летний», «Теплый», «Голодный». Второй день — 
26 ноября / 9 декабря — был установлен, как отмечалось выше, русской 
православной церковью в честь освящения храма Св. Георгия в Киеве в 
1051  году.  Крестьяне  называли  этот  праздник «Егорий  Осенний»,  или 
«Зимний», «Холодный», а также «Юрьев день». 
К  св.  Георгию  всегда  обращались  с  просьбой  о  помощи  и 
заступничестве  в  борьбе  с  врагами  родной  земли,  об  ограждении  от 
козней дьявола, а  также с просьбой о здравии душевном и  телесном, о 
плодородии земли. 
В  народном  сознании  образ  св.  Георгия  воспринимался 
неоднозначно. С одной стороны, соответственно житию, апокрифическим сказаниям  
и  духовным  стихам,  он  осознавался  как  змееборец  и 
«христолюбивый  воин»,  а  с  другой —  как  хозяин  земли  и  весенней 
влаги, покровитель скота, распорядитель диких зверей. В обоих случаях 
основой  образа  является  древняя  языческая  традиция,  испытавшая 
позже  влияние  христианства.  С  утверждением  православия  на  Руси  на 
образ св. Георгия перешли нашедшие отражение в ритуальной практике 
функции  языческих  божеств  скотоводческого  и  отчасти 
земледельческого  культов.  В  частности,  св.  Егорий  стал  преемником 
славянского  божества  плодородия  Ярилы  и «скотьего  бога»  Велеса / 
Волоса. 
Весенний  день  св.  Георгия  воспринимался  в  традиционной 
культуре как важная веха земледельческого календаря. О связи святого 
с земледелием свидетельствует значение его имени: Георгий в переводе 
с греческого языка — «возделывающий землю». У восточных славян оно 
имеет несколько вариантов: Юрий, Егор, Егорий. 
В  представлениях  крестьян  св.  Егорий  выступал  как  зачинатель 
весны,  способствующий  весеннему  пробуждению  и  обновлению 
природы.  В  народном  календаре  с  днем  Егория  Вешнего,  по  поверьям, 
приходило  настоящее  весеннее  тепло.  Поэтому  в  народе  говорили: 
«Теплый Егорий весну начинает, а Илья лето кончает», «Егорий Храбрый 
— зиме враг лютый», «Чего-чего боится зима, а теплого Егория больше 
всего», «Пришел Егорий — и весне не уйти», «Юрий на порог — весну 
приволок», «Егорий —  с  теплом,  а  Никола —  с  травой».  Крестьяне 
считали,  что  Егорий  начинал  весну, «отмыкая  землю»  и «выпуская  на 
белый свет росу». 
В  южнорусских  губерниях,  а  также  у  украинцев  и  белорусов 
«юрьевская»  роса  считалась  целебной  и  плодородной.  В  Егорьев  день 
коров старались выгнать в поле как можно раньше, по росе, которая, по 
народным представлениям, обеспечивала рост скотины и обилие молока. 
О  юрьевой  росе  говорили: «На  Юрия  роса —  не  надо  коням  овса», 
«Ягорьева  роса  выкормит  скотину  лучше  всякого  овса».  Знахарки  и 
простые  женщины  в  этот  день  ходили  собирать  росу,  водя  по  траве 
тканью.  Выжатой  из  ткани  влагой  умывались  для  здоровья  и  красоты. 
Знахарки  собирали  росу  про  запас  и  лечили  ею  от  сглаза, «от  семи 
недугов».  В  Тульской  губернии  существовал  обычай  ранним  утром