| |
в окна, пугая детей. Поэтому ими взрослые часто стращали детей, если
те плакали ближе к ночи или хотели куда-нибудь уйти далеко от дома.
Обычно в таких случаях говорили:
«Спи, а то шуликуны придут». В сибирских деревнях детворе
наказывали: «Не ходи в лес — шуликун пымает».
Согласно народным приметам, попадание шуликунов на глаза
людям — это плохое предзнаменование и сулит несчастливый год.
Защитным средством от них служило крестное знамение. На Русском
Севере и в сибирских деревнях от шуликунов избавлялись в Крещение,
завершающее святочный период. Парни и молодые мужчины в этот день
скакали на конях по всему селению, ударяя во всех закоулках кнутами
крест-накрест, чтобы выгнать нечистую силу, а также «давили»
шуликунов копытами лошадей на льду, прямо около иордани. С этой же
целью деревенские жители устраивали катания на санях вокруг селения
и на реке.
Практически аналогичными шуликунам персонажами в Вятской
губернии были так называемые «куляши», или «кулиши». Это тоже
маленькие водяные чертенята разных цветов, выскакивающие из воды
во время крещенского водосвятия. Их название заимствовано из языка
коми, у которых слово «kul» означает «злой дух». Кроме того, на время
Святок, воспринимаемых в народе как особое время — «без креста»,
когда родившийся Христос еще не был крещен, — на земле, кроме
шуликунов, появлялись близкие им святочные демоны. В Олонецкой
губернии известен был «святке» — нечистый дух в облике человека или
животного, который мог и добро совершить, но больше по своей
оплошности, а мог нанести и вред, обычно по ошибке или
неосторожности человека. К святке, как и к другой нечистой силе,
обращались во время гаданий. Чтобы не было беды, следовало
соблюдать все правила предосторожности. Так, в одном из
мифологических рассказов святке губит девушек, которые, гадая в
овине, сели на коровью шкуру, но, обводя ее магическим кругом, забыли
очертить кончик хвоста. За этот-то кончик святке ухватился и стал
волочить всех по овину так, что наутро гадающие девушки оказались
мертвыми. В поверьях Калужской губернии подобными сезонными
существами были «святочницы» — безобразные, поросшие длинными
волосами духи, обитающие в святочный период в банях и неосвященных
строениях. Святочни-цы не умеют говорить, а только поют без слов и
пляшут. Они нападают в банях на девушек и мучают их, «колупая» тело.
Спастись от них можно, кинув бусы так, чтобы они рассыпались. Тогда
святочницы, бросаясь подбирать бусины, забывают о своей жертве. Как
персонаж, связанный с водной стихией, близок шуликунам также
водяной.
Духи жилища и хозяйственных построек
Домовой
В мифологических представлениях домовой — домашний дух,
хозяин и покровитель семьи, обеспечивающий благополучие ее жизни. В
народном сознании домовой воспринимался как умерший предок, глава
рода и его хозяин. Об этом свидетельствует, например, рассказ о
происхождении домового, записанный в крестьянской среде довольно
поздно, в ХХ веке:
Хозяин… <…> все слышит, что мы говорим. Дом охраняет. Домовой
из тех, кто жил тут, — это душа чья-то, может, отец, мать или братья.
Если не уважить его — он и колотить будет, спать не будешь. Он хозяин
надо всем
Согласно некоторым мифологическим рассказам, домовыми
становятся умершие «неправильной» смертью.
Для домового в крестьянской среде существовало довольно
большое число наименований, каждое из которых возникло на основе
традиционных представлений о его природе, статусе, функциях,
характеристиках, действиях. Так, одно из наиболее распространенных
именований домового — «суседка», так как он жил с людьми в одном
доме. К домовому часто обращались, называя его «господарем»,
«дедушкой», «кормильцем», «хозяином». Рассказывая о нем, звали
«большаком». Все эти именования отражают осмысление образа
домового как старшего в доме, невидимого «хозяина» дома. В то же время
названия типа «жировой черт», «лихой» подчеркивают его
принадлежность к разряду демонологических существ, к нечистой силе.
Многие из имен домового указывают на его местопребывание.
Алексей Макарович (Домовой). С. Коненков.
В народе считали, что в избе он обычно находится за печью или
под нею, в голбце или в подполье: отсюда именования «запечник»,
«подпечник», «голбешник», «подпольник». Зачастую также полагали,
что домовой может находиться во дворе, и называли «дворовым» или
«хлевником». Во многих местах на Русском Севере произошло слияние
мифологических образов домового и дворового. Обычно если они
противопоставлялись друг другу, то домовой отвечал за пространство
жилого пространства избы, а дворовой — за двор, где находились
подсобные помещения, а также место для домашнего скота.
|
|
