«Что за диво! – думает баба. – Дай посмотрю, как из топора солдат кашицу 
сварит».
Принесла ему топор; солдат взял, положил его в горшок, налил воды и давай 
варить.
Варил, варил, попробовал и говорит:
– Всем бы кашица взяла, только б малую толику круп подсыпать!
Баба принесла ему круп.
Опять варил, варил, попробовал и говорит:
– Совсем бы готово, только б маслом сдобрить!
Баба принесла ему масла.
Солдат сварил кашицу:
– Ну, старуха, теперь подавай хлеба да соли да принимайся за ложку; станем 
кашицу есть.
Похлебали вдвоем кашицу. Старуха спрашивает:
– Служивый! Когда же топор будем есть?
– Да, вишь, он еще не уварился, – отвечал солдат, – где-нибудь на дороге доварю 
да позавтракаю.
Тотчас припрятал топор в ранец, распростился с хозяйкою и пошел в иную деревню.
Вот так-то солдат и кашицы поел, и топор унес!

Купил мужик гуся к празднику и повесил в сенях. Проведали про то двое солдат; 
один взобрался на крышу гуся добывать, а другой вошел в избу.
– Здорово, хозяин!
– Здорово, служба!
– Благослови колядовать!
– Колядуй, добрый человек!
Солдат начал:


А в лесе, в лесе
Солдат на стреси;
Стреху продрал,
Гуся забрал.
Святой вечер!


А хозяину и невдогад, что солдат прямо в глаза ему смеется.
– Спасибо тебе, служивый! Я, – говорит, – такой коляды отроду не слыхивал.
– Ничего, хозяин, завтра сам ее увидишь.
Наутро полезла хозяйка за гусем, а гусем и не пахнет давно!

У мужика в сенях висел кусок сала. Один солдат взобрался на чердак; другой 
вошел в избу:
– Здравствуй, бабушка! Скажи, пожалуйста, как у вас звонят?
– Неужли ж ты не слыхивал?
– Не доводилось, бабушка!
– У нас звонят: тень-бом! тень-бом!
– А у нас: тини-тини, по-тя-ги-вай, на сто-ро-ну по-гля-ды-вай!
– Хорошо и этак! – говорит баба.
Ну, пока один звонил, другой (солдат) сало стащил.

Бедный мужик, идучи по чистому полю, увидал под кустом зайца, обрадовался и 
говорит:
– Вот когда заживу домком-то! Возьму этого зайца, убью плетью да продам за 
четыре алтына, на те деньги куплю свинушку, она принесет мне двенадцать 
поросеночков; поросятки вырастут, принесут еще по двенадцати; я всех приколю, 
амбар мяса накоплю; мясо продам, а на денежки дом заведу да сам оженюсь; 
жена-то родит мне двух сыновей, Ваську да Ваньку. Детки станут пашню пахать, а 
я буду под окном сидеть да порядки давать: эй вы, ребятки, крикну, Васька да 
Ванька, шибко людей на работу не туганьте, видно, сами бедно не живали!
Да так-то громко крикнул мужик, что заяц испугался и убежал, а дом со всем 
богатством, с женой и с детьми пропал!

Мужик стащил в лавке куль пшеничной муки; захотелось к празднику гостей зазвать,
 пирогами попотчевать. Принес домой муку, да и задумался:
– Жена! – говорит он своей бабе. – Муки-то я украл, да боюсь – узнают, спросят: 
отколь ты взял такую белую муку?
– Не кручинься, мой кормилец, я испеку из нее такие пироги, что гости ни за что 
не отличат от аржаных.

Пришла в кабак баба и спрашивает о своем муже:
– Не был ли здесь мой пьяница?
– Был.
– Ах, подлец, ах, разбойник! На сколько он выпил?
– На пятак.
– Ну так давай мне на гривну.

Выдали девку замуж; она сидит и воет:
– Свет-то моя крашенина, у матушки на печи осталась!
– Какая крашенина? Много ли аршин?