исколол. Дьякон жался, жался, не в мочь стало — лезет из-под печки. «Батрак, 
молчи, пожалуйста, не сказывай, что был у попадьи».
Батрак смолчал; приходит он опять к попу в поле работать. «Ну что, батрак, 
хороша ли улица была?» — «Эх батюшка, славная!» Настает вечер, поп опять 
отпускает его на улицу. Приходит батрак домой, слушает под окном, что попадья 
разговаривает с дьяконом. «Ну, как дурак опять придет? куда тебе спрятаться?» — 
«Да куда! В закуту к овцам». Вот батрак стучится: «Отворитя ворота!» — «Что 
ты?» — спрашивает попадья. — «То-та, у вас день-то паши, а ночью иди скотину 
пой!» — «Сама поила». — «Да не знаю: не то поила, не то нет; батька велел 
напоить».
Батрак выгнал скотину, а дьякон с овцами на четвереньках ползет; боится, чтоб 
как его не признал. Скотина пьет, а дьякон уперся — не идет в реку. Вот батрак 
его раз десять дубиной огрел. «Что ж ты, скотина, нейдешь?» Дьякон жался, жался,
 да домой бежать. Батрак вернулся в избу и давай сажу обметать. «На что это, 
батрак?» — спрашивает попадья. — «Я не знаю; так попу захотелось». Намел кошву 
большую сажи, поставил на полати, а сам пошел к попу в поле пахать.

Вот опять настал вечер — батрак на улицу идет. Слушает опять под окном: дьякон 
тут, али нет? Дьякон спрашивает: «Куды-то мне спрятать ся будет?» — «Лезь в 
кошву
[689]
с сажею — на полатях стоит; авось дурак не догадается», — отвечает попадья. 
Батрак застучал в ворота. Попадья спрашивает: «Кто это?» — «Это я, матушка!» — 
«Зачем ты, батрак?» — «Вот тогда увидишь зачем». Схватил веретье
[690]
, идет в избу, накрыл кошелку с сажею, где дьякон сидел, увязал-упутал, вынес 
на телегу и повез со двора. «Куда ты? погоди, не езди, поужинай». — «Некогда».

Вот едет он мимо одной мельницы, а навстречу ему помещик. «Что ты, мужик, 
везешь?» — «Черта везу». — «Покажи, пожалуйста, чтой-то за черт? Я сроду не 
видал!» Отвечает батрак: «Нет, он уйдет; показать нельзя». — «Что же он тебе 
стоит?» — «Сто рублев». — «Покажи». — «Да ведь уйдет!» — «Я тебе плачу сто 
рублев за эвто». Батрак развязал и говорит дьякону: «Смотри же, беги прямо в 
речку». Как выскочит дьякон, как бросится — бултых в воду! Барин ужаснулся: «Эх,
 жаль, — говорит, — ведь взаправду ушел». Отдает барин батраку деньги, а он, 
получимши сто рублев, поехал к попу в поле. «Что ж, батрак, хороша ли улица 
была?» — «Еще какая знатная!»...
Целой день они работали; настает ночь, батрак опять на улицу просится. Приходит,
 слушает под окном, дьякон опять говорит попадье: «Экая шельма! Как он меня 
осрамил. Ну, — говорит, — завтра я сам в поле поеду — пахать стану», — «А я 
тебе, — отвечает попадья, — наварю каши, нажарю поросятинки, лепешек наделаю, 
полуштоф вина припасу да все и принесу. Да как тебя найтить?» — «Я буду по 
дороге стружки стругать; по тем стружкам прямо ко мне придешь. А лошадь у меня, 
сама знаешь, пегая — не то, что у попа, вороная».
Вот поутру встает попадья и принимается обед готовить, а батрак уже давно к 
попу воротился. Стали пахать. Пахали, пахали. «Что, батрак, — говорит поп, — а 
не пора ли обедать?» — «Нет, ище рано. Погоди маленько, нам попадья принесет 
славной обед». — «Эх, батрак, она сродясь не нашивала». — «Небось, батюшка, 
принесет». Тут батрак взял — скинул с себя белые портки и навязал на свою 
лошадь, а стружки уж он давно перетаскал к себе на дорогу. Вот попадья несет 
обед по стружкам. «Батька! Смотри-ка, вон попадья идет, обед несет». — «И то 
никак она». Попадья увидала, что не туда попала, хотела было назад воротиться, 
а батрак во все горло кричит: «Сюда, сюда неси, матушка». Нечего делать, пошла 
прямо; поп обрадовался, бежит к ней, гриву растрепав: «Ай да мать! Право слово 
умница». А батрак стоит без портков. «Прости, — говорит, — матушка, что без 
порток пахал, вишь какая жара».
Вот сели они обедать; попадья глядь-глядь по сторонам: «Это кто там пашет?» — 
«Отец дьякон», — говорит поп. «Позови, поп, дьякона, а то скажет: вишь, не 
позвал». — «Батрак, поди позови». Батрак пришел к дьякону и говорит: «Ну, отец 
дьякон, поп узнал, что ты с его попадьею живешь, хочет топором тебя срубить. 
Нарочно затем и зовет тебя». Дьякон не пошел. Батрак приходит и говорит попу: 
«Нейдет — не хочет». Попадья говорит: «Эй, поп, поди сам, позови». Поп пошел. 
Батрак и кричит ему: «Захвати, батюшка, топор, у него собаки злы». Поп захватил 
топор.
Вот дьякон увидел, что поп идет с топором, да скорее бежать с пашни; поп за ним.
 «Что ты, дьякон, постой, постой!» — Нет, тот все улепетывает. Попадья за ними 
вслед. Батрак подобрал все съестное-та, вышел на большую дорогу, сел, поедает 
да водочку попивает.
Наезжает на него помещик с борзыми и гончими собаками. «Не видал ли ты, мужик, 
каких зверей тут?» — «Э, да вон тут побежал в яругу волк, за волком медведь, за 
медведем лисица». Помещик кинулся в яругу, распустил всех гончих и видит: поп 
бежит за дьяконом, попадья за попом... Плюнул и поехал куда ему надобно.




№16. Поп у бабы и батрак
[691]