224
. Марокльнавт сказала:

— Садись, старуха!
— Не хочу садиться, — сказала старушка. — Марокльнавт, сними одежду, я ее 
примерю.
Марокльнавт сказала:
— Я, бабка, никогда не раздеваюсь!
— Раздевайся!
— Не разденусь, лучше другую одежду тебе принесу!
— Которую носишь, ту я и примерю.
Стали бороться, повалила старушка Марокльнавт. Сразу раздела ее, во двор 
вытолкнула. Сама надела одежду Марокльнавт, голову обвязала, легла, как будто 
больная.
Эмэмкут пришел, увидел жену.
— Эй, что это с тобой? Как будто бы изменилась!
Каманхнавт сказала:
— Давеча я тебе не велела на охоту ходить, вот и заболела!
Спать легли. Крепко заснули. Марокльнавт вошла в дом, покормила ребенка, 
поплакала. Не могла мужа разбудить. Сперва его всего исцеловала, потом ребенка. 
Уложила ребенка спать и вышла во двор.
Утром Каманхнавт сказала:
— Эмэмкут, в этом доме неладно, давай бросим его!
Сразу же бросили они дом, уехали. А Марокльнавт, когда приходила ночью, взяла 
нож Эмэмкута. Сломался у Эмэмкута по дороге полоз. Тут он заметил, что нож 
потерялся, сказал:
— Э, я забыл дома нож!
Побежал домой. Стал нож искать. Марокльнавт крикнула:
— Эмэмкут, вот твой нож воткнут.
Эмэмкут сказал:
— Ах, это ты, Марокльнавт! Голос у тебя, как прежде, стал!
Не догадался Эмэмкут, что жена его здесь. Взял нож, снова ушел. Поехал домой, 
приехал к отцу и к матери. Встретили их. Посмотрели домашние: плохая у Эмэмкута 
жена, дурная женщина, никого не радует. Только ребенка все полюбили. А 
Каманхнавт была как будто больная все время. Ноги обвязала, но когда есть дадут 
— все съест.
А Марокльнавт стала жить одна. Пошла она оттуда на теплое место. Сделала из 
травы кухлянку, торбаза, всю одежду, дом построила. Стала там жить. Весной гуси 
прилетели, сказали:
— Кто тут на нашем месте устроился?
Один гусь сразу женился на Марокльнавт. Снова стали хорошо жить. Марокльнавт 
родила. Осенью стало холодно. Другие гуси улетели. Муж Марокльнавт тоже 
засобирался. Как ему жену взять с собой? Привязал он ее ремешком себе на шею — 
не может поднять ее. Гусь сказал:
— Ты, Марокльнавт, оставайся здесь, зимуй тут. А я полечу, не то замерзну я и 
умру.
Полетел гусь, оглянулся назад — снова к жене вернулся, заплакал. Снова полетел, 
покинул жену. Марокльнавт хорошо зажила, ни в чем не нуждалась. Ее сын на охоту 
ходил, мелких пташек добывал.
Вот однажды убил он олененка. Обрадовалась мать. Весной гуси снова прилетели. 
Гуся, мужа Марокльнавт, убил сын Эмэмкута. Другие гуси рассердились на 
Марокльнавт, сказали:
— Ее сын нашего товарища убил, пойдем, убьем Марокльнавт!

Пришли. Марокльнавт сразу вышла во двор, влезла в кукуль
225
. Стали гуси крыльями бить по кукулю. Кончили бить, сказали:

— Убили Марокльнавт!
Ушли гуси, Марокльнавт снова вошла в дом, стала работать. Пошел ее сын на охоту.
 Большого оленя убил. Пришел сын Эмэмкута, рассердился, сказал:
— Ты всех зверей разогнал! Я убью тебя!
— Не надо, приятель, иди сюда, поедим вместе!
Пришли, стали есть. Кончили есть. Сказал сын Марокльнавт:
— Я, приятель, буду в куклы играть, а ты посмотри.
Стал в куклы играть. Все показал: как Марокльнавт раньше жила, как она Эмэмкуту 
сына родила. Сын Эмэмкута сразу все это понял. Заплакал он, сказал:
— Наверное, ты мой младший брат?
— Да, верно, я твой младший брат, мать у нас одна. Ну, пойдем к матери!
Тут сын Эмэмкута сказал:
— Не хочу!
Стыдно ему стало. Очень маленькая и старая у него одежда. Как его мать одела, 
так он в этой одежде и вырос. Все швы тянули его к матери!
Пошли они к матери, пришли. Сын гуся вошел, сказал матери:
— Мой старший брат пришел сюда.
— Где же он?
— Во дворе остался.
— Пусть войдет!
Тот сразу вышел и сказал:
— Старший брат, мать велит тебе войти!