Ночь наступила очень темная, без единой звезды. Было уже совсем поздно, когда 
охотник начал устраиваться на ночлег. Снял с вертел зажаренное мясо, положил 
около костра на чистую траву, а на вертела другие куски надел. Подложил в огонь 
сухих дров, и огонь еще ярче запылал. Только лег спать, вдруг слышит — где-то 
недалеко куропатка закричала. «Ну, — подумал он, — это или медведь поблизости 
бродит, или танги».
Охотник быстро костер потушил. Вслушивается, а сам думает: «Если я здесь 
останусь, убьют меня враги, если убегу, добыча им достанется. Нет, не отдам им 
свою добычу». Скоро опять услышал крик куропатки, уже близко, и начал на всякий 
случай поспешно готовиться к обороне. Набросал сухих дров в тлеющий костер — 
опять запылал огонь. Поставил повыше мясо вокруг огня. Отошел в темноту, 
смотрит: как будто люди вокруг костра сидят, лица у них огнем освещены.
А тут уже голоса слышны стали. Подошел охотник к костру, торопится. Сделал из 
второй, легкой кухлянки чучело, вместо лица кусок сала подвесил, отошел от огня 
и спрятался в темноте. Удобное выбрал место: все ему видно, что у костра 
делается.
Вдруг видит — полетели в чучело стрелы. Покачнулось чучело и упало. И куски 
мяса тоже попадали. «Плохо они мечут стрелы, — подумал охотник. — Даже мою 
тонкую кухлянку не могут пробить».
А танги — их было трое, — как чучело упало, подбежали к костру и закричали:
— Э, тут никого нет! Убежали. Только жареное мясо осталось.
Набросились голодные танги на еду — мясо уже совсем готово было.
Когда танги половину всего мяса съели, натянул охотник свой лук потуже и пустил 
стрелу в танга, сидящего под деревом. Стал танг медленно к дереву клониться. 
Двое других засмеялись и говорят:
— Что, брат, небось устал! Сморило совсем. Жирное мясо!
Охотник чавчувен был очень силен. Его стрела прямо в сердце врага попала. 
Пробила человека насквозь и далеко улетела. Танги и не заметили ничего. Опять с 
жадностью на мясо накинулись.
Охотник второго таким же образом уложил — только тогда третий догадался, что не 
сон его приятелей сморил, а умирают они. И то потому только догадался, что 
второй перед смертью вскрикнул. Вскочил танг и бросился было бежать, да 
недалеко ушел. Пустил охотник стрелу в ноги тангу, и пробила стрела икры обеих 
его ног. Присел танг от боли, в тот же миг охотник у костра оказался. Связал 
ему руки, раны на ногах смолистой кедровой корой покрыл и завязал сырой оленьей 
шкурой. Сразу кровь из раны перестала течь.
Утром, как рассвело, нагрузил охотник своего пленника мясом и повел к себе 
домой. Привел, жена-старуха не велит пленника убивать, говорит:
— Нельзя его убивать. Отпусти его лучше и накажи ему, чтобы передавал всем 
своим людям — пусть перестанут грабить и убивать чавчувенов. Охотились бы лучше,
 рыбу ловили, травы и коренья собирали. Многих наших людей танги ограбили, на 
голодную смерть обрекли.
Подумал охотник и сказал:
— Да, мне ведь эти танги ничего худого не сделали. Правда, если бы они меня 
поймали, конечно, ограбили бы и раздели. Они ведь ходят почти голые. Я из-за 
них сиротой остался. Напали танги на нашу семью, все разграбили, а родителей 
моих убили. Но все-таки отпущу я его, когда ноги заживут.
Отпустил пленника через три дня. С тех пор танги стали реже нападать. Многие 
таких врагов отпускали. А потом танги и совсем перестали разбойничать.




156. Наперед не хвастайся




Рассказал Г. Кэчгэнки, зап. и пер. А. Н. Жукова. Публикуется впервые.


Жил когда-то в море очень большой бычок. Был он начальником над всеми морскими 
рыбами. Рот у него был такой что туда целая яранга могла войти. Был этот бычок 
очень старый. Даже спина окаменела от старости. Был он самый сильный и самый 
хвастливый среди морских рыб. Ну конечно, и выбрали его в начальники.
А у речных рыб начальником был лосось. Он тоже был самым сильным среди речных 
рыб.
Услышал как-то бычок про лосося, речного начальника. Очень рассердился. Он, 
бычок, сильнее всех рыб, морских и речных, а не какой-то лосось! Стал всем 
говорить:
— Съем я начальника речных рыб, лосося, и буду тогда один я над всеми рыбами 
начальник!
Стал думать, как бы стать начальником и над морскими, и над речными рыбами. 
Долго бычок думал. Потом, как начала вода прибывать, к реке отправился. Вошел в 
реку и так раскрыл рот, что всю реку перегородил. Стал ждать, когда лосось 
покажется, чтобы проглотить соперника. Бычок стоял в низовье реки, а лосось 
где-то повыше плавал.
И вот узнал лососенок о том, что в устье реки лосося бычок поджидает, и поплыл 
к лососю, чтобы предупредить его. Подплыл к лососю и говорит:
— Тебя бычок караулит. Всю реку загородил, хочет тебя живьем съесть.