| |
он - тоже рассматривал ее красоту, и любовь друг к другу охватила обо-
их. И Шамс-ан-Нахар велела всем невольницам сесть по местам. И каждая из
них села напротив окна, и Шамс-ан-Нахар велела им петь, и одна из не-
вольниц взяла лютню и произнесла:
"Ты послание второй раз пришли,
И ответ возьми ты открыто свой.
Пред тобой, о царь дивной прелести,
Я стою, на страсть свою жалуясь.
О владыка мой, о душа моя,
О жизнь моя драгоценная,
Пожалуй мне поцелуй один -
Подари его или дай взаймы!
Я верну его, не лишишься ты
Самого его, - каким был, верну.
А захочешь ты прибавления,
Так возьми его, с душой радостной.
О надевший мне платье гордости,
Будь же счастлив ты в платье радости!"
И Али ибн Беккар пришел в восторг и сказал ей: "Прибавь мне еще таких
стихов!" И невольница пошевелила струны и произнесла такое стихотворе-
ние:
"Ты часто далек, о мой любимый,
И глаз научил мой долго плакать.
О счастье очей моих, о радость -
Желаний предел моих и веры!
О, сжалься над тем, чьи очи тонут
В слезах опечаленного страстью".
А когда она окончила свои стихи, Шамс-ан-Нахар сказала другой не-
вольнице: "Дай нам послушать что-нибудь". И та затянула напев и произ-
несла такие стихи:
"От взоров хмелею я, не винами я пьяна,
И стана его изгиб с собою мой сон увел.
Не тешит меня вино - утешусь лишь кудрями;
Вином не взволнована - чертами лица его,
И волю мою сломил кудрей завиток его,
А то, что одето в плащ, похитило разум мой".
И когда Шамс-ан-Нахар услышала стихи, произнесенные невольницей, она
долго вздыхала, и стихи ей понравились. А потом она велела петь другой
невольнице. И та взяла лютню и произнесла:
"Лицо его светилу неба - соперник,
Вода юности на лице его сочится.
И отметил пух на щеках его два ряда письмен,
И весь смысл любви в них изложен до предела,
Закричала прелесть, лишь только оп повстречался мне:
"Вот он, расшитый вышивкой Аллаха!"
А когда она окончила свои стихи, Али ибн Беккар сказал невольнице,
бывшей близко от него: "Скажи ты, о невольница, и дай нам услышать
что-нибудь!" И она взяла лютню и произнесла:
"Время близости слишком коротко -
Для оттяжек этих и игр твоих,
Разлука часто губит нас -
Прекрасный так не делает,
Ловите же миг счастья вы -
Любви приятен будет час".
А когда она окончила свои стихи, Али ибн Беккар сопроводил их
обильными слезами. При виде его плача, жалоб и стонов Шамс-ан-Нахар за-
горелась страстью и любовью, и ее погубило увлеченье и безумие любви. И
она поднялась с ложа и подошла к дверям покоя, и Али ибн Беккар встал и
пошел ей навстречу, и они обнялись и упали без памяти. И невольницы по-
дошли к ним и подняли их и внесли их в покои и обрызгали розовой водой.
А когда они очнулись, то не нашли Абу-аль-Хасана, который прятался за
краем ложа. "Где же Абу-аль-Хасан?" - спросила невольница, и тот пока-
зался ей из-за ложа. Шамс-ан-Нахар пожелала ему мира и воскликнула: "Я
прошу Аллаха, чтобы он дал мне возможность наградить тебя, о творец ми-
лости!"
А потом она обратилась к Али ибн Беккару и сказала: "О господин, лю-
бовь я не чувствовала бы вдвойне; но для нас нет ничего иного, кроме
стойкости против того, что нас постигло". - "О госпожа, - ответил Али
ибн Беккар, - встреча с тобою мне приятна, и взгляд на тебя не потушит
во мне пламени, и ничто не устранит любви к тебе, овладевшей моим серд-
цем, кроме гибели моей души".
И он заплакал" и слезы бежали по его щеке, словно рассыпанные жемчу-
жины, и, увидев, что он плачет, Шамс-ан-Нахар заплакала с ним вместе. И
тогда Абу-альХасан воскликнул: "Клянусь Аллахом, я дивлюсь вам и недоу-
меваю! Поистине, то, что происходит, удивительно и диковинно! Вы так
плачете, когда вместе, что же будет, когда вы расстанетесь и разлучи-
тесь? Теперь не время печали и плача, - прибавил он, - нет, теперь время
быть вместе и радоваться. Веселитесь же и развлекайтесь, но не плачьте!"
Потом Шамс-ан-Нахар сделала знак одной невольнице, и та ушла и верну-
лась с прислужницами, которые несли столик с серебряными блюдами, где
б
|
|
