Когда же настала семьдесят третья  ночь  третья  ночь,  она  сказала:
"Дошло до меня, о счастливый царь, что Нузхатаз-Заман послала евнуха ис-
кать того человека и сказала ему: "Берегись возвратиться ко мне  и  ска-
зать: "Я не нашел его!" И евнух вышел и стал колотить людей и топтать их
в палатках, но не нашел никого бодрствующим, -  все  люди  от  усталости
спали. Но, дойдя до истопника, оп увидал, что тот сидит с непокрытой го-
ловой, и, приблизившись к нему, схватил его за руку и спросил:  "Это  ты
говорил стихи?" И истопник испугался за себя и сказал: "Нет, клянусь Ал-
лахом, о начальник людей, это не я!" - "Я не оставлю тебя, - сказал  ев-
нух, - пока ты не покажешь мне того, кто говорил стихи.  Я  боюсь  гнева
моей госпожи, если вернусь к ней без него".
   Услышав слова евнуха, истопник испугался за Дауаль-Макана  и,  горько
плача, сказал евнуху: "Клянусь Аллахом, это не я, и я  его  не  знаю,  я
только слышал, как один человек, прохожий на дороге, говорил  стихи.  Не
впадай из-за меня в грех: я чужеземец и пришел вместе с вами из  Иеруса-
лима, города друга Аллаха". - "Пойдем со мной. Расскажи это моей госпоже
своими устами. Я никого не видел бодрствующим, кроме тебя", - сказал ев-
нух. И истопник воскликнул: "Разве ты не пришел и не видел меня там, где
я сижу? Ты знаешь мое место, и никто не может никуда  тронуться,  -  его
схватят сторожа. Иди же к себе, и если ты с этой минуты  еще  раз  услы-
шишь, что кто-нибудь говорит стихи, - все равно, далеко он или близко, -
это буду я или кто-нибудь, кого я знаю. И ты узнаешь о нем только от ме-
ня). Потом он поцеловал евнуху голову и стал его  уговаривать.  И  евнух
оставил его, но, обойдя один раз кругом лагеря, он спрятался и встал по-
зади истопника, боясь вернуться к своей госпоже без пользы.
   А истопник подошел к Дау-аль-Макану, разбудил его и  сказал:  "Подни-
майся, садись, я расскажу тебе, что случилось". И Дау-аль-Макан  поднял-
ся, и истопник рассказал ему, что произошло, и юноша воскликнул: "Оставь
меня, я больше не буду раздумывать и ни с кем не  стану  считаться:  моя
страна близко". - "Почему ты слушаешься своей души и сатаны?  Ты  никого
не боишься, но я боюсь и за тебя и за себя", - сказал истопник.  "Закли-
наю тебя Аллахом, не говори больше никаких стихов, пока  не  вступишь  в
свою страну. Я не думал, что ты в таком состоянии. Разве ты  не  знаешь,
что эта госпожа, жена царедворца, хочет тебя  прогнать,  потому  что  ты
встревожил ее? Она, кажется, больна или не спит, устав с дороги и  дале-
кого пути. Вот уже второй раз она посылает евнуха искать тебя".
   Но Дау-аль-Макан не посмотрел на слова истопника, а  закричал  третий
раз и произнес такие стихи:
   "Оставил я хулителей,
   Хулою их встревоженный,
   Хулят они, не ведая,
   Что этим подстрекают лишь.
   Сказал доносчик: "Он забыл!"
   Я молвил; "В любви к родине!"
   Сказали: "Как прекрасен он!"
   Я молвил: "О, как я влюблен!"
   Сказали; "Как возвышен он!"
   Я молвил: "Как унижен я!"
   Хоть выпью чашу гибели!
   Не подчинюсь хулителю,
   Что за любовь корит к ней".
   А пока юноша говорил стихи, евнух слушал его, притаившись, и едва  он
перестал говорить и дошел до конца, как евнух уже был над его головой. И
при виде его истопник убежал и встал  поодаль,  смотря,  что  произойдет
между ними.
   И евнух сказал: "Мир вам, о господин!" И Дау-аль-Макан отвечал: "И  с
вами мир и милость Аллаха и его благословение!" - "О господин", - сказал
евнух..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Семьдесят четвертая ночь

   Когда же настала семьдесят четвертая ночь, она сказала: "Дошло до ме-
ня, о счастливый царь, что евнух сказал Дау-аль-Макану: "О  господин,  я
приходил к тебе сегодня ночью три раза, так как моя госпожа звала тебя к
себе". - "А откуда эта сука, которая меня требует, прокляни ее  Аллах  и
прокляни он ее мужа вместе с нею!" - воскликнул Дау-аль-Макан  и  напус-
тился на евнуха с бранью, а евнух не мог ему отвечать, так  как  госпожа
велела ему не обижать юношу и привести его только по собственному  жела-
нию, а если он не пойдет, дать ему сто динаров.
   И евнух повел мягкие речи и говорил ему: "О господин,  возьми  это  и
пойдем со мной! О дитя мое, мы не погрешили перед тобою и не обидели те-
бя. Нужно только, чтобы твои благородные шаги привели тебя со мною к мо-
ей госпоже. Ты получишь от нее ответ и вернешься во здравии и благополу-
чии. Для тебя будет у нас великая радость".
   Услышав это, юноша поднялся и пошел  среди  людей,  переступая  через
них, а истопник шел за ним и смотрел на него и говорил про себя: "Пропа-
ла его юность! Завтра его повесят!"
   И истопник шел до тех пор, пока не приблизился к тому песту, куда они
н