дняв взор к небу, стала взывать к своему владыке с  опечаленным  серд-
цем. И она произнесла:
   "О, сжальтесь над благородною,
   Что в притесненье низкой стала.
   И плачет, и слез потоки льет,
   И молвит: "Не спастись от рока!"
   А кончив эти стихи, она обратилась к купцу и сказала ему тихим  голо-
сом: "Ради Аллаха, не оставляй меня у этого злодея, который не знает Ал-
лаха великого! Если я проведу у него эту ночь, я убью себя своей  рукой.
Избавь же меня от него, Аллах избавит тебя от огня геенны". И купец под-
нялся и сказал бедуину: "О шейх арабов, эта девушка не то, что тебе нуж-
но; продай мне ее за сколько хочешь". - "Бери ее, - отвечал бедуин, -  и
давай плату за нее, а не то я ее отведу на кочевье и заставлю  ее  соби-
рать навоз и пасти верблюдов". - "Я дам тебе пятьдесят тысяч динаров", -
предложил купец, но бедуин ответил: "Аллах великий поможет!" -  "Семьде-
сят тысяч динаров", - сказал купец. "Аллах поможет! - отвечал бедуин,  -
это меньше денег, затраченных на нее. Она съела у меня ячменных  лепешек
на девяносто тысяч динаров". - "И ты, и твоя семья, и твое племя за  всю
жизнь не съели на тысячу динаров ячменя! - воскликнул купец. -  Я  скажу
тебе одно слово, и если ты не согласишься, укажу на тебя наместнику  Да-
маска, и он возьмет у тебя девушку силой". - "Говори", - молвил  бедуин,
и купец сказал: "За сто тысяч динаров". - "Я продал ее тебе за такую це-
ну и считаю, что купил на эти деньги соли", - сказал бедуин. И,  услышав
это, купец рассмеялся и пошел в свое убежище и принес ему деньги. Он от-
дал их бедуину, и тот взял их, думая про себя: "Обязательно съезжу в Ие-
русалим; может быть, я найду ее брата, и привезу его и продам", а  потом
он сел и ехал, пока не прибыл в Иерусалим" Он отправился в хан и спросил
о ее брате, но не нашел его - и вот то, что с ним было. Что же  касается
купца и Нузхат-аз-Заман, то  купец,  получив  девушку,  накинул  на  нее
кое-что из своей одежды и пошел с ней в свое жилище..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Пятьдесят восьмая ночь

   Когда же настала пятьдесят восьмая ночь, она сказала: "Дошло до меня,
о счастливый царь, что купец, получив Нузхат-аз-Заман от бедуина,  пошел
с нею в свое жилище и одел ее в роскошнейшие одежды. А потом он взял  ее
и отправился с нею на рынок, где набрал ей драгоценностей, какие она по-
желала, и, сложив их в кусок атласа, положил его перед Нузхат-аз-Заман и
сказал: "Все это для тебя. И я хочу только, чтобы ты,  когда  я  приведу
тебя к султану, наместнику Дамаска, осведомила его о иене, за которую  я
тебя купил (пусть этого было мало за один твой ноготь!). А когда ты ока-
жешься у него и он купит тебя у меня, расскажи ему, что я для тебя  сде-
лал, и попроси у него для меня султанскую  грамоту  с  рекомендацией.  Я
отправлюсь с нею к его отцу, владыке Багдад", Омару ибн ан-Нуману, и  он
не позволит брать с меня пошлины за материю и за все, чем я буду  торго-
вать".
   Услышав его слова, Нузхат-аз-Заман заплакала и зарыдала, и купец ска-
зал ей: "О госпожа, я вижу, что всякий раз, как я вспоминаю  о  Багдаде,
твои глаза льют слезы. У тебя там есть кто-нибудь, кого ты любишь?  Если
это купец или кто иной, расскажи мне о нем; я знаю всех, кто там есть, и
купцов и других. А если хочешь послать письмо, я ему  доставлю  его".  -
"Клянусь Аллахом, у меня там нет знакомых, ни купцов, ни других, я  знаю
только царя Омара ибн ан-Нумана, владыку Багдада", - отвечала девушка.
   И, услышав ее слова, купец засмеялся и очень обрадовался и воскликнул
про себя: "Клянусь Аллахом, я достиг того, чего  желаю!  А  тебя  раньше
предлагали ему?" - спросил он. "Нет, но я  воспитывалась  вместе  с  до-
черью, - отвечала девушка. - Я  была  ему  дорога,  и  он  оказывал  мне
большое уважение. И если ты желаешь, чтобы царь Омар ибн ан-Нуман  напи-
сал тебе то, что ты хочешь, принеси мне чернильницу и перо, и  я  напишу
для тебя письмо, а ты, как войдешь в город Багдад, вручи это  письмо  из
рук в руки царю Омару ибн ан-Нуману и скажи ему: "Твою невольницу,  Нуз-
хат-аз-Заман, попирали превратности дней и ночей, так что  она  продава-
лась из места в место. Она передает тебе привет". А если он спросит тебя
обо мне, скажи ему, что я у наместника Дамаска".
   И купец удивился ее красноречию, и его любовь к ней  увеличилась.  "Я
думаю, - сказал он, - что люди  обманули  твой  ум  и  продали  тебя  за
деньги. Хранишь ли ты в памяти Коран?" - "Да, - отвечала девушка, - и  я
знаю философию и врачеванье и введение в науку и "Изъяснение" врача  Га-
лена [119] на "Афоризмы" Гиппократа, и я  его  тоже  толковала.  Я  читала
"Тезкире", изъясняла "Бурхан", читала "Трактат о простых лекарствах" ибн
аль-Байтара [120], рассуждала о "Мекканском Каноне" ибн Сины,  разгадывала
загадки, чертила фигуры, рассуждала о геометрии и хорошо усвоила  анато-
мию. Я читала книги шафиитов [121], предания и грамматику, вела  прения  с
учеными и рассуждала обо всех науках, и я сильна в логике,  красноречии,
счете и составлении календарей, знаю духовные науки и время  молитвы,  и
уразумела все эти науки".
   Потом Нузхат-аз-Заман сказала купцу: "Принеси мне чернильницу и бума-
гу! Я напишу письмо, которое поможет тебе в твоем путешествии и  избавит
т