Лишь Викниксор вышел из класса, Янкель и Пантелеев бросились в библиотеку и, 
сняв с полки штук десять книг, потащили их к выходу.

– Ребята, вы куда? – закричала Марья Федоровна.

– В класс, – небрежно бросил Янкель. – Нам Виктор Николаевич позволил.

Воспитательница проводила их удивленным взглядом. Вечером она справилась у 
Викниксора, тот подтвердил слова Янкеля.

А Янкель и Пантелеев за какую-нибудь неделю натаскали из библиотеки около 
десяти пудов бумаги. Бумагу они стаскивали во двор и прятали под лестницей 
флигеля.

Наконец, решив, что и натасканного довольно, они прекратили «честное 
расхищение» и задумались о способе переправки груза на Покровский рынок.

– Надо нанять ребят, – предложил Пантелеев.

Они подыскали в младших классах десять человек, согласившихся снести бумагу за 
небольшое вознаграждение на рынок.




* * 
*


Проходившие в тот вечер по Старо-Петергофскому проспекту граждане в ужасе 
шарахались в сторону при виде вереницы парнишек, спокойно тащивших на бритых 
головах бумажные кипы.

– Господи! – закричал кто-то. – Да что же это, никак негры идут, караван 
невольников со слоновой 
костью?!
– Не беспокойтесь, – ответил Янкель полным достоинства голосом. – Это не негры. 
У негров физиономии черные, а у этих товарищей самые обыкновенные.

– Не создавайте панику, – присовокупил Пантелеев.

Пантелеев и Янкель шли впереди «каравана», изредка помогая уставшему 
«невольнику» и принимая от него груз.

Караван без особых происшествий дошел до Покровки. Там грузовладельцы 
распорядились, чтобы бумагу сложили на парапет церковной ограды, приказали 
зорко зекать, а сами пошли подыскивать покупателей.

Покупатели нашлись очень скоро. Три пуда купила Сарра Соломоновна, остальные 
семь разошлись в момент по ларькам мясного отдела рынка.

У сламщиков на руках оказалась невиданная ими ранее сумма – двести шестьдесят 
лимонов. Шестьдесят лимонов они великодушно отдали грузчикам и с тем отпустили 
их…
Оставалось лишь купить червонцы.

Пошли к валютчикам, которые в те дни буквально залепляли все входы и выходы 
рынка. Курс червонца равнялся восьмидесяти миллионам рублей дензнаками; они 
приобрели два червонца. Две заветные белые бумажки очутились у них в руках.

Остальные деньги они в тот же день прокутили – сходили в кино, закупили папирос,
 колбасы и хлеба.

Два же червонца до поры до времени заначили крепко и надежно. «Идея» могла быть 
осуществлена в любую минуту.





Спектакль



Октябрь в Шкиде. – «Город в кольце». – Десять американских одеял. – Венки с 
могил. – Последняя репетиция. – Спектакль. – Шпионка в штанах. – Ужин.




Столовая ревела, стонала, надрываясь десятками молодых 
глоток:
– Накормим 
гостей!
– Из пайка 
уделим!
– 
Угостим!
Столовая ревела вдохновенно, азартно, единодушно. Наконец Викниксор поднял руку 
и наступила тишина.

– Значит, ребята, решено. Всех гостей мы будем угощать. Чем? Это обсудит 
специально выделенная комиссия. На угощение придется уделить часть вашего пайка,
 но мы постараемся сделать это безболезненно. Значит, на выделение продуктов из 
пайка все 
согласны?
– 
Согласны!
– 
Уделим!
– Угостим 
гостей!
Столовая ревела, стонала, надрывалась.

Это были предпраздничные дни Великой Октябрьской революции. Республика Шкид 
решила с помпой провести торжество и для этого торжественного дня поставить 
спектакль. Для гостей, родителей и знакомых, не в пример прочим шк